Реформа рынка лизинга: возможности и риски. Реформа лизинга


самые важные изменения в регулировании договорных отношений // Мнения участников отрасли

В 2016 году Центральный банк РФ (ЦБ) приступил к реформе лизинговой отрасли. Среди других аспектов реформы, таких как введение инструментов административного регулирования и надзора ЦБ, создание реестра сделок и переход к отчетности по МСФО, обсуждается изменение правового регулирования договорных отношений.

Сейчас эти вопросы урегулированы одним из параграфов части второй Гражданского кодекса (ГК) и Федеральным законом «О финансовой аренде (лизинге)». Важную роль играет и Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга». Но некоторые проблемы в практике сохраняются.

В рамках подготовки законопроектов ЦБ решил провести опрос лизинговых компаний, по каким из проблем, возникавших в практике, лизинговые компании считают нужным изменить законодательство и насколько такие изменения приоритетны.

Объединенная лизинговая ассоциация (ОЛА), включающая в себя 82 компании, среди которых крупнейшие участники лизингового рынка, предложила скоординировать подходы отрасли по поставленным ЦБ вопросам. ОЛА провела совещание членов ассоциации с участием представителей других лизинговых компаний. На нем обозначенные в опросе Банка России темы были дополнены более подробным описанием проблем, которые требуют решения, в их понимании участниками обсуждения, а также подходами к их решению, и получены ответы на вопросы, поставленные в дополненной ОЛА анкете.

Основные итоги опроса — в данном материале, подготовленном совместно с ОЛА.

Самые важные предложения

Эти проблемы, по мнению участников опроса, нужно решить раньше всех остальных.

1. Бесспорное взыскание задолженности

В Законе о лизинге возможность бесспорного взыскания прямо предусмотрена. Однако несколько лет назад до высшей судебной инстанции дошел спор об ошибке банка, взыскавшем денежные средства по несуществующему обязательству, и стандарт осмотрительности банков был повышен (постановление Президиума ВАС РФ от 19 июля 2011 года № 1930/11). После этого банки стали отказывать в инкассовом списании по формальным мотивам (например, отсутствие акта сверки). Чтобы решить эту проблему, нужно закрепить закрытый перечень документов для инкассового списания задолженности лизингополучателя, считают представители отрасли.

2. Упрощенное изъятие имущества и взыскание долга на основании нотариальной надписи

Как изъять предмет лизинга и списать задолженность лизингополучателя в принудительном внесудебном порядке? Сделать это можно было бы на основании исполнительной надписи. Но в законодательстве такого механизма для лизинга пока нет. Участники опроса предлагают его ввести.

3. Расчет завершающего сальдо

При расчете так называемого завершающего сальдо по нарушенному договору, которое предусмотрено постановлением Пленума ВАС РФ о выкупном лизинге, сравниваются суммы, подлежащие уплате и фактически уплаченные, как за истекшие периоды действия договора, так и на будущие периоды. Нарушившие договор лизингополучатели часто требуют считать «полученными» лизингодателем платежи, которые ранее были присуждены к взысканию в судебном порядке, но не были уплачены или фактически взысканы. Это не дает лизингодателям получить платежи дважды: один раз — по ранее выданному исполнительному листу, второй раз — в рамках расчета сальдо. Но если считать присужденные платежи полученными, то сальдо может возникнуть в пользу лизингополучателя, хотя на самом деле у него сохраняется задолженность перед лизингодателем. Лизингополучатель предъявляет исполнительный лист о взыскании сальдо в банк лизингодателя, тогда как свою задолженность он не погашает, из-за чего нарушение договора становится выгодным лизингополучателю. При этом в ситуации банкротства лизингополучателя зачет произвести невозможно, так как он запрещен законом. Как решить проблему? Например, установив правило, по которому прежние начисления лизинговых платежей сохраняются, а завершающее требование возникает на сумму будущих платежей («сумму закрытия»). При этом стоимость возвращенного предмета лизинга засчитывается сначала в счет прежних платежей, потом в счет «суммы закрытия», а искусственное сальдо в пользу лизингополучателя не возникает.

4. Повторный лизинг

Договор лизинга завершился досрочно, лизинговая компания вернула вещь себе, но хочет продолжать ее сдавать на условиях финансового лизинга, т.е. с возвратом всей стоимости вещи и получением процентов. Возможно ли это? Исходя из существующей конструкции договора лизинга, нужно сначала продать вещь третьему лицу и потом опять купить ее для повторной сделки. Экономического смысла в этом нет, увеличиваются транзакционные издержки. Можно ли как-то изменить эту ситуацию? Лизинговые компании предлагают ввести возможность повторного лизинга. Требуется ли для этого изменять ГК, вопрос дискуссионный. Есть точка зрения, что необходимости в этом нет, но возможен и подход, что введение повторного лизинга только в Закон о лизинге будет противоречить действующей редакции ГК.

 

Какие еще проблемы отметили лизинговые компании?

Участники опроса, проведенного ОЛА, назвали еще около двух десятков важных изменений, которые были бы полезны в рамках реформы лизинговой отрасли. По мнению участников опроса, данные изменения можно внести в Закон о лизинге, без поправок в ГК.

1. Последствия нарушения договора лизингополучателем

Продажа и оценка изъятого предмета лизинга. Лизингодатель продал изъятый предмет лизинга, цена оказалась невысокой, так как на рынке никто не согласился дать больше. Но лизингополучатель предъявляет иск о взыскании сальдо в свою пользу со ссылкой на заниженную стоимость продажи имущества. В подтверждение иска лизингополучатель представляет в суд отчет оценщика, основанный на ценовых предложениях из Интернета. Бывает, что эти предложения фактически сфальсифицированы: сформированы самим оценщиком или лизингополучателем анонимно, от имени несуществующих или подставных лиц. В любом случае предложение о цене — еще не сделка. Чтобы побороть проблему, можно установить правило, по которому отчет оценщика учитывается только при нарушении требований к продаже, установленных договором или законом. Учитываться должны только цены реальных сделок.

Момент засчитывания стоимости предмета лизинга в счет исполнения обязательств лизингополучателя. На какой день это делать — день изъятия предмета лизинга, день его продажи или день получения денежных средств? Особенно актуальным этот вопрос становится при заключении многомиллиардных сделок:  для лизингодателя значение может иметь каждый день. Но однозначного ответа на этот вопрос в законе нет. Предложенный лизинговыми компаниями вариант — день получения денежных средств при продаже предмета лизинга. Для продажи в рассрочку можно учитывать дисконтированную сумму договора. Если же лизингодатель оставил предмет лизинга у себя, то засчитывать стоимость следует на день оставления за собой.

Приостановление пользования. Может ли лизингодатель запретить использовать переданную в лизинг вещь, но не изымать ее? Это было бы полезно в ситуации, когда лизингополучатель нарушает сроки платежей, но лизингодатель рассчитывает, что они все же возобновятся. Участники опроса, проведенного ОЛА, считают, что эту возможность можно было бы закрепить в законе, установив пределы осуществления такого права.

Отказ в изъятии предмета лизинга. На практике возникали ситуации, когда суды отказывали лизингодателям в изъятии предмета лизинга, когда уплачено больше половины лизинговых платежей, но дальнейшие платежи прекратились. Такой подход оставляет лизингодателя и без имущества, и без значительной части денежной суммы по договору. Лизинговые компании считают, что если изъятие и ограничивать, то только когда просрочка крайне малозначительна как по величине (например, 5% долга), так и по сроку и количеству нарушений.

2. Иные вопросы лизинговых отношений

Сублизинг. В указанном выше постановлении Пленума ВАС РФ риск нарушения обязательств сублизингодателя возложен по общему правилу на лизингодателя: если сублизингополучатель внес все платежи сублизингодателю, а последний не перечислил средства лизингодателю, то сублизингополучатель всё равно может притязать на право собственности на имущество. Лизингодатели не готовы принимать на себя риск потери имущества и денег в условиях, когда фактически не контролируют сублизингодателей. Сублизинговых сделок стало меньше. Распределение рисков нужно сделать более сбалансированным, уверены участники опроса. Например, по общему правилу можно было бы возложить на сублизингополучателя риск невозможности приобрести предмет лизинга из-за нарушения обязательств сублизингодателем. Однако это правило не должно касаться ситуаций, когда участие сублизингодателя в сделке обусловлено указаниями лизингодателя, а не желанием лизингополучателя.

Природа и состав лизинговых платежей. В состав лизинговых платежей входят возмещение финансирования, лизинговый процент, возмещение иных затрат. Но как рассчитать составляющие, если формулы не закреплены в договоре? Четких правил для таких случаев пока нет. Формулу расчета лизингового процента предложил Пленум ВАС в указанном постановлении. Формула учитывает общий размер платежей, сумму аванса, размер финансирования и срок лизинга. Но ее часто используют некорректно, применяют не ко всей сумме договора, а к остатку задолженности, что математически может привести к снижению ставки по сравнению с эффективной почти вдвое. Проблемы можно избежать, если определять лизинговый процент по эффективной ставке процента, используя акты Банка России и методику МСФО. Лизинг не равен кредиту, но методика расчета эффективной ставки процента всегда одинакова, ее можно применять и к лизингу.

Основания для приобретения предмета лизинга. Вы хотите взять предмет в лизинг, но на рынке его нет. Можно ли попросить лизингодателя заказать его у подрядчика, тем самым включив последнего в лизинговые отношения? Сейчас законодательство так делать не разрешает, предмет лизинга можно только купить, заказать его нельзя. В результате растут транзакционные издержки — в сделку надо ввести как подрядчика, так и поставщика. Поэтому в рамках реформы отрасли можно было бы закрепить возможность финансирования для приобретения имущества, изготавливаемого по договорам подряда, следует из ответов, полученных ОЛА.

Замена сторон лизинговых отношений. Нерешенные вопросы есть и при смене любой из сторон лизинговых правоотношений. Например, нужно ли согласие лизингополучателя на замену лизингодателя? Лизинговые компании полагают, что если лизингодатель предоставил финансирование и у него нет иных обязательств перед лизингополучателем, кроме передачи права собственности на предмет лизинга после уплаты всех платежей, то лизингодателя можно заменить без согласия лизингополучателя: либо если договор нарушен, либо вообще во всех случаях. При смене лизингополучателя риски возникают, если эта смена оспорена. Например, к моменту оспаривания лизингодатель уже получил деньги от нового лизингополучателя. Должен ли он возвращать платежи новой стороне договора? При оспаривании такой замены новый лизингополучатель должен вернуть прежнему предмет лизинга и вправе требовать возврата платежей у него, а не у лизингодателя, следует из результатов опроса.

Последствия банкротства лизингополучателя и лизингодателя. В судебной практике возникла неопределенность последствий введения процедуры банкротства для денежных и иных обязательств сторон. Например, непонятно, какое требование и на какую сумму включается в реестр требований кредиторов лизингодателя или можно ли изъять предмет лизинга. Лизинговые компании считают, что последствия нужно более четко прописать в законе.

Возвратный лизинг. Его экономический смысл — обеспечение финансирования деятельности клиента — продавца имущества. С гражданско-правовой точки зрения проблем с такими сделками нет. Но налоговые органы могут предъявить претензии, считая возвратный лизинг «налоговой схемой». Это мешает широкому распространению сделок. Как снизить риск налоговых претензий? Можно более четко закрепить понятие возвратного лизинга, полагают участники опроса, это поможет убедить налоговые органы в том, что такая модель отношений не может априори считаться «схемой».

***

Мнения участников опроса о значимости изложенных выше и некоторых других обсуждавшихся изменений, а также о необходимости внесения изменений в ГК не были единодушными, эти вопросы требуют дальнейшей дискуссии.

С учетом того, что обсуждаемые вопросы имеют наиважнейшее значение для будущего отрасли, ОЛА предложила Банку России продолжить совместную работу по обсуждению результатов данного анкетирования и конкретизации путей решения обозначенных проблем.

 

--

Материал подготовлен в партнерстве с Объединенной лизинговой ассоциацией — крупнейшим профессиональным объединением участников лизинговой отрасли в России. Ассоциация представляет интересы 82 компаний, чей объем бизнеса составляет около 80% официального рынка лизинга. Ассоциация также представляет лизинговую отрасль РФ в Европе и является членом Европейской конфедерации лизинговых ассоциаций (Leaseurope).  Познакомиться с полными результатами опроса можно здесь http://www.assocleasing.ru/avtori/99

zakon.ru

Чем обернется реформа лизингового рынка – ВЕДОМОСТИ

В ближайшее время на российском лизинговом рынке ожидаются большие события. До конца года планируется принятие закона о регулировании лизинговых компаний. Если все пойдет по плану, первые преобразования начнутся в отрасли уже со следующего года и потребуют серьезной перестройки работы всех ее игроков. Среди ключевых новаций – введение требований к размеру собственного капитала, появление саморегулируемой организации и переход на новые правила ведения бухгалтерского учета. Стороннему читателю может показаться, что это не очень много, но на самом деле эти преобразования определят облик отрасли на годы вперед.

Между тем многие ее участники находятся в легкой панике. Только ленивый еще не покритиковал Центральный банк за намерение провести реформу. Публичные и не только обсуждения оставляют ощущение того, что в ней плохо, наверное, все. Ни один их пунктов, предложенных регулятором, не нашел абсолютной поддержки у участников отрасли. Компании раздражает сам факт проведения реформы. «Не надо чесать там, где не чешется», – аргументируют игроки свою позицию известной цитатой Виктора Черномырдина.

Стоит обратить внимание еще на один часто повторяемый аргумент противников реформы: нововведения будут губительны для сотен небольших компаний. Они не переживут переход на новый план счетов, не преодолеют барьер по обязательному собственному капиталу, еще много чего не сумеют и поэтому умрут.

Возможно, некоторым сторонникам пестрого разнообразия в отрасли мысль покажется крамольной, но почему бы не посмотреть на эту историю под другим углом? Почему надо бояться исчезновения недобросовестных, несостоятельных или не способных на изменения (а значит – низкоэффективных) компаний? И кто они, эти компании? Рынок вообще заметит их исчезновение, пусть даже и массовое?

Для сравнения: в Европе, на одном из самых развитых и передовых лизинговых рынков в мире, по итогам 2016 г. работало порядка 1400 компаний (данные Leaseurope), при том что только легковой транспорт в лизинговом портфеле Европы примерно в 10 раз больше совокупного лизингового портфеля России. В то же время, по данным Федеральной налоговой службы, в России зарегистрировано более 670 000 (!) компании, записавших «лизинг» себе в ОКВЭД. Из них 3200 используют слово «лизинг» в своем наименовании.

Для подавляющего числа подобных организаций название – единственное, что связывает их с лизинговой отраслью. Ежегодно налоговики фиксируют «смерть» около 100 лизинговых компаний. В 89% случаев речь идет о принудительном регулировании «брошенных» юридических лиц, то есть ФНС вынужденно аннулирует регистрацию тех, кто перестал платить налоги, сдавать отчетность и пропал с радаров. Но эти «смерти» не случайны. Они не вызваны изменениями в макроэкономическом климате или даже финансовыми проблемами, появившимся в результате ведения добропорядочного бизнеса. Многие были запланированы изначально, еще на этапе «рождения» таких предприятий, сам факт учреждения которых был обусловлен скорее всего соображениями в области оптимизации налогообложения, а не лизингового финансирования. Например, под конкретные сделки, при которых через лизинговые платежи выводится часть дохода, и другие схемы.

Число компаний, занимающихся лизинговым финансированием на регулярной основе, до смешного мало: всего 20% от общего числа зарегистрированных, свидетельствуют данные ФНС. Впрочем, и они для регуляторов во многом terra incognita. Представители ЦБ на отраслевых мероприятиях не раз указывали, что на их запросы о предоставлении информации о финансово-экономическом состоянии компании отвечают не более 5% респондентов. То есть всего 5% лизинговых компаний не стесняются результатов своей деятельности и не бояться о ней говорить. Это цивилизованный рынок? Нет. Возможно ли на таком рынке реальному сектору ждать снижения стоимости (и при этом роста количества) предложений от лизинговых компаний? Тоже вряд ли.

Сейчас на рынке лизинга в России работают десятки крупных компаний с миллиардными портфелями, и ему есть куда расти: только за первые девять месяцев этого года он вырос на 58% по сравнению с отличным прошлым годом. Но очевидными бенефициарами ухода с рынка десятков тысяч «пустышек» крупные компании не станут. Вместо этого сектор лизинга обретет конкретные очертания и в значительной степени избавится от легкого «схематозного флера», что было бы неплохо для второго по объему кредитных требований рынка в стране. Если столько внимания уделяется банкам, страховым компаниям, НПФ, то почему игнорируется лизинг?

Для развития отрасли нужны позитивные изменения, внедрение регулирования, чтобы повысить ее прозрачность и тем самым – доверие к ней. Это нужно самим участникам рынка, государству и, конечно же, нынешним и потенциальным клиентам. Не все останутся на плаву и смогут сохранить конкурентоспособность, но лишь так мы сможем эффективно развивать отрасль, которая во всем мире стремительно набирает обороты, проникая во все сферы экономической деятельности.

Мнения экспертов банков, финансовых и инвестиционных компаний, представленные в этой рубрике, могут не совпадать с мнением редакции и не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов

www.vedomosti.ru

как исправить важный для экономики механизм :: Финансы :: РБК

Сейчас большинство лизинговых компаний в России учреждается ради оптимизации налогообложения или вывода прибыли в пользу третьих лиц

По данным Федеральной налоговой службы, в России зарегистрировано 3,2 тыс. юридических лиц, имеющих в своем фирменном наименовании слово «лизинг», при этом про абсолютное большинство этих компаний ничего не известно. Организаций, которые записали лизинг себе в ОКВЭД, еще больше — свыше 670 тыс. Реформа рынка лизинга, подготовленная Министерством финансов и Банком России, должна сделать это рынок прозрачнее и очертить его периметр. Законопроект об этом уже разработан и готовится к внесению в Госдуму.

Рынок «брошенных»

В 2002 году, после принятия новой редакции закона «О финансовой аренде (лизинге)», начался активный рост числа лизинговых компаний, завершившийся к началу кризисного 2008 года. С 2011 года число лизингодателей в стране неуклонно снижается. Среднестатистический лизингодатель представляет собой малое или микропредприятие. В 74% случаев он создан физическим лицом или группой граждан, которые одновременно являются его руководителями. В подавляющем большинстве лизингодатели зарегистрированы в регионах, на Москву приходится около трети организаций. ООО стало излюбленной организационно-правовой формой для учредителей лизингового бизнеса. Меньше распространены закрытые акционерные общества и совсем редко встречаются некоммерческие организации, государственные унитарные предприятия или даже потребительские кооперативы, занимающиеся лизинговой деятельностью.

Ежегодно в России создается 50–60 новых лизинговых компаний, а закрывается около сотни. Это определяет убывающую динамику участников рынка. На главный рыночный фактор — банкротства — приходится всего 2% закрытых компаний. Самоликвидация лизингодателей происходит в 9% случаев. Подавляющая масса аннулированных регистраций (89%) приходится на «брошенные» компании. ФНС России вынуждена принудительно лишать регистрации недействующие юридические лица, которые прекратили платить налоги и представлять свою отчетность.

Средняя продолжительность деятельности лизинговой компании составляет шесть-семь лет. Создаются подобные компании под конкретную сделку. В большинстве случаев они учреждаются не для лизингового финансирования, а для оптимизации налогообложения у своих клиентов или вывода прибыли в пользу третьих лиц. Последнее особенно популярно в строительстве, где застройщик берет в лизинг строительную технику и через лизинговые платежи в пользу дружественной организации выводит часть доходов от строительных работ. После завершения проекта компанию бросают, и деятельность ее прекращается. Это объясняет, почему о большинстве из тысяч созданных лизингодателей ничего неизвестно. ФНС России лишь фиксирует факт «смерти» таких брошенных компаний. Доля профессиональных лизингодателей, занимающихся лизинговым финансированием, оценивается как менее 20% от их общего числа. Отличительными признаками таких организаций являются предоставление лизинга на регулярной основе, широкий круг клиентов и их неаффилированность.

Новые правила

После реформы рыночный ландшафт должен кардинально измениться. Регистрация в Банке России, требования к минимальному капиталу и стандарты саморегулирования сведут на нет нелизинговый бизнес лизингодателей. Лизингодатели будут иметь форму хозяйственного общества — корпоративной коммерческой организации с собственным капиталом. Наличие собственного капитала является определяющим с точки зрения финансового менеджмента и управления рисками. Отсутствие юридического понятия капитала в ряде случаев, например у региональных некоммерческих лизинговых фондов, созданных местными властями, делает невозможным продолжение лизинговой деятельности в прежней форме. Им, как и другим юридическим лицам, потребуется преобразование в хозяйственные общества.

Развитие рынка лизинга возможно только благодаря тем компаниям, для которых лизинг является профессиональным делом. На начало 2017 года таких организаций насчитывается две с половиной сотни, из которых большинство по-прежнему составляют небольшие региональные компании. Анализ причин ухода с рынка менее успешных участников выявляет типовые проблемы: невнятная бизнес-стратегия, отсутствие устойчивой клиентской базы и, самое главное, завышенная стоимость финансирования или его недоступность. Для лизинга характерна комбинация финансовых рисков, ключевыми из которых являются кредитный риск, возникающий из-за неплатежей клиента, риск ликвидности, связанный с дисбалансом сроков среднесрочного лизинга и краткосрочного долга, и рыночный риск в форме обесценения имущества до уровня ниже объема задолженности перед банком. Зависимость от банковских кредитов остро проявила себя во время финансового кризиса 2014–2015 годов. Малые лизингодатели, владеющие небольшими собственными средствами и полностью зависящие от банков, оказались отрезанными от заемных средств, при том что на кредиты приходилась подавляющая часть финансирования.

Развитию отрасли мешает и аффилированность лизинговых компаний с неустойчивыми банками, поскольку некоторые компании либо созданы и функционируют как дочерняя структура кредитной организации, либо при ее непосредственном участии. При этом такой лизингодатель имеет, как правило, один источник финансирования — кредиты дружественного или материнского банка. Соответственно, в случае отзыва лицензии у кредитной организации без средств остается и лизинговая компания.

Основные уроки последних лет заключаются в том, что лизинг представляет собой инструмент среднего и крупного бизнеса. Лизингодатель должен иметь достаточный уровень собственного капитала и диверсифицированные пассивы, профессионально управлять финансовыми рисками. Кроме того, устойчивая лизинговая деятельность — это управление имуществом на портфельной основе с низкой клиентской концентрацией. Зависимость от одного крупного клиента стала причиной ухода с рынка многих компаний. Приведение в порядок минимальных стандартов управления в лизинге, в том числе в области финансового менеджмента, является одной из задач, которые предстоит решить в ходе реформы.

www.rbc.ru

Результаты опроса топ-менеджеров лизинговых компаний в рамках круглого стола «Реформа рынка лизинга: возможности и риски»

Резюме

Итоги опроса показывают настороженное отношение лизингового сообщества к проводимой реформе. Почти половина представителей лизингового рынка отмечает риски для своей компании при переходе на единый план счетов для некредитных финансовых организаций. Каждый третий опасается пруденциального регулирования, несмотря на то что введение данной меры планируется не ранее 2020 года. Также существенные опасения связаны с ограничением совмещения лизинговой деятельности с иными видами деятельности (17% голосов). Тем не менее отдельные положения реформы не вызывают тревоги у лизинговых компаний. Никто из участников опроса не рассматривает как ключевую угрозу для рынка требования к капиталу, создание СРО, а также реестра лизинговых компаний.

Большинство руководителей лизинговых компаний считает, что ключевой задачей рынка лизинга должна стать защита прав лизингодателей. 28% участников опроса полагают, что реформа, прежде всего, должна преследовать цель повышения конкурентоспособности лизинга в сравнении с банковским кредитом. Кроме того, каждый четвертый респондент отмечает проблемы, связанные с привлечением фондирования: по их мнению, приоритетом реформирования рынка должно стать расширение доступа к банковскому кредитованию и иным источникам финансирования.

Лизинговые компании с государственным участием необходимо регулировать наиболее строго, считают 48% респондентов. Большинство участников опроса отметило, что существенная опасность для стабильности рынка сопряжена с деятельностью крупных лизингодателей, прежде всего, государственных лизинговых компаний и лизингодателей при госбанках. Другая значимая часть респондентов (24%) обращает внимание на то, что проводимая реформа не предполагает регулирования деятельности иностранных лизинговых компаний (это грозит ростом конкуренции с их стороны), и считает, что наиболее строгое регулирование должно быть применено к таким лизингодателям.

Наибольший позитивный эффект от реформы получат госучреждения и крупный бизнес. В ходе опроса около 30% представителей лизингового сообщества затруднились оценить влияние реформы на отдельные сегменты рынка и предпочли воздержаться от голосования по данному вопросу. Из отдавших свой голос подавляющее число респондентов убеждено, что в наиболее выигрышном положении окажутся госучреждения и крупный бизнес.

Методология

RAEX (Эксперт РА) провело в интерактивном формате опрос участников лизингового рынка в рамках круглого стола «Реформа рынка лизинга: возможности и риски», состоявшегося в Москве 20 апреля 2017 года. В опросе приняли участие руководители и финансовые директора крупнейших лизинговых компаний, на которые приходится около 45% рынка. Среди респондентов опроса руководители следующих компаний: «ВЭБ-лизинг», «СБЕРБАНК ЛИЗИНГ», «Европлан», «ГТЛК», «Газпромбанк Лизинг», «МКБ-лизинг», «Элемент Лизинг». Респондентам было предложено ответить на пять вопросов, касающихся опасений и ожиданий, связанных с реформой российского лизингового рынка.

Вопрос 1. Что вызывает наибольшие опасения у вашей компании в связи с реформой отрасли?

Большинство респондентов (46%) в качестве основной сложности для своих компаний отметило переход на новый план счетов для некредитных финансовых организаций. Каждый третий высказывает тревогу, связанную с потенциальным введением пруденциальных нормативов. Ограничение совмещения лизинга с иными видами деятельности вызывает наибольшие опасения у 17% опрошенных топ-менеджеров. За варианты «создание СРО и реестра лизинговых компаний» и «введение требований к капиталу» не было отдано ни одного голоса.

Вопрос 2. Какие задачи должна в первую очередь решить реформа лизинговой отрасли?

Отвечая на вопрос о том, какие цели должна преследовать реформа лизингового рынка, 40% респондентов проголосовали за повышение прав лизингодателей. Второй, по мнению профессионального сообщества (28%), является задача повышения конкурентоспособности лизинга относительно кредита. Текущие проблемы с фондированием и необходимость их решения во время реформы за счет увеличения объемов кредитования и расширения доступа к иным источникам финансирования отмечают 24% участников опроса.

Вопрос 3. Деятельность каких лизинговых компаний необходимо регулировать наиболее строго?

По мнению 48% участников опроса, наибольшая угроза для стабильности рынка сопряжена с деятельностью государственных лизинговых компаний и лизингодателей при госбанках. В этой связи они предлагают тщательнее регулировать деятельность таких компаний. Наиболее строгое регулирование должно быть применено к иностранным лизингодателям, считают 24% респондентов. За усиленное регулирование банковских лизинговых компаний и небольших региональных компаний было отдано по 4% голосов. Каждый пятый участник опроса выбрал иной вариант ответа.

Вопрос 4. Сколько СРО необходимо лизинговому рынку?

Мнения участников рынка относительно необходимого рынку лизинга количества саморегулируемых организаций разделились, но все же большинство (34% респондентов) считает, что рынку достаточно трех саморегулируемых организаций. Вариант ответа, предполагающий одну СРО на рынке, поддержали 23% опрошенных топ-менеджеров, 19% полагают, что хватит двух саморегулируемых организаций. Целесообразность создания СРО оспаривают 12% профессионального сообщества. Также 12% участников опроса уверены в необходимости большей диверсификации саморегулируемых компаний на рынке лизинга, они проголосовали за вариант ответа «более трех СРО».

Вопрос 5. Какому сегменту рынка реформа принесет наибольший позитивный эффект?

Наибольший позитивный эффект от реформы получат госучреждения и крупный бизнес, такого мнения придерживаются 44 и 28% участников опроса соответственно. Напротив, меньше всего позитивное влияние реформы будет заметно субъектам среднего бизнеса, лишь 6% респондентов уверены в обратном. 11% руководителей лизинговых компаний считают, что в наиболее выигрышном положении окажутся представители малого бизнеса и ИП, еще 11% убеждены, что физические лица получат максимальный эффект от реформирования лизингового рынка. Стоит отметить, что 30% респондентов затруднились ответить на поставленный вопрос и предпочли воздержаться от голосования.

raexpert.ru


Смотрите также