ЛИЦЕНЗИРОВАНИЕ ФАКТОРИНГОВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ. Лицензия факторинг


Лицензирование факторинговой деятельности

 Е.В. ПЛЕХОВ,

юрист Адвокатского бюро «Статус-Кво»

 

Большинство договоров, перечисленных в части второй ГК РФ, не имеют ограничений по субъектному составу, т.е. сторонами в них могут являться любые лица. Вместе с тем ряд норм содержит ограничения по субъекту, являющемуся стороной по определенному договору. Например, продавцом в договоре купли-продажи может являться только лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность.

По договору факторинга одна сторона (финансовый агент) передает или обязуется передать другой стороне (клиенту) денежные средства в счет денежного требования клиента (кредитора) к третьему лицу (должнику), вытекающего из предоставления клиентом товаров, выполнения им работ или оказания услуг третьему лицу, а клиент уступает или обязуется уступить финансовому агенту это денежное требование. Таким образом, сторонами договора являются клиент и финансовый агент.

Определение лица, которое может являться клиентом, обычно не вызывает сложностей. ГК РФ не содержит никаких ограничений на этот счет. Вместе с тем высказывается точка зрения, согласно которой «по смыслу закона в роли клиентов должны выступать коммерческие организации либо индивидуальные предприниматели, поскольку договоры факторинга используются исключительно в предпринимательском обороте»[1]. Представляется, что данное мнение недостаточно обоснованно и не соответствует закону.

С определением другой стороны договора — финансового агента — возникает ряд сложностей. В соответствии со ст. 825 ГК РФ в качестве финансового агента могут выступать банки и иные кредитные организации, а также другие коммерческие организации, имеющие разрешение (лицензию) на осуществление деятельности такого вида. Возможность банков и иных кредитных организаций выступать в качестве финансовых агентов никем не оспаривается. В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (в ред. от 02.11.2004) приобретение права требования от третьих лиц исполнения обязательств в денежной форме относится к небанковским сделкам, которые могут осуществляться кредитными организациями. При этом не требуется специальной банковской лицензии на совершение таких сделок ввиду того, что лицензии необходимы лишь для совершения банковских операций (ст. 13).

В отношении условий осуществления такой деятельности иными коммерческими организациями мнения исследователей разделились. Одни полагают, что для этого необходимо специальное разрешение (лицензия)[2], однако не приводят никаких аргументов в подтверждение, ограничиваясь цитированием ГК РФ.

Некоторые ученые занимают промежуточную позицию, согласно которой наличие лицензии требуется лишь для осуществления такой деятельности, т.е. систематического проведения факторинговых операций; разовые же, единичные сделки, в которых лицо выступает как финансовый агент, наличия лицензии не требуют[3]. С такой позицией вряд ли можно согласиться. Исходя из общих принципов, лицензированию подлежат виды деятельности, представляющие опасность и могущие нанести ущерб интересам граждан и государства. Таким образом, даже единичное осуществление действий, составляющих суть лицензируемого вида деятельности, требует наличия лицензии. Несостоятельность указанных утверждений отчетливо проявляется, если в качестве примера рассмотреть такой вид лицензируемой деятельности, как медицинская. Сомнительно, что кто-либо согласится с легальностью разового оказания медицинских услуг организацией, не имеющей соответствующей лицензии.

Третья группа ученых совершенно обоснованно отмечает, что в настоящее время коммерческие организации могут осуществлять данный вид деятельности без лицензии[4]. Со-гласно ст. 10 Федерального закона от 26.01.1996 № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» (в ред. от 26.11.2001) до установления условий лицензирования деятельности финансовых агентов сохраняется существующий порядок осуществления их деятельности. На момент введения в действие части второй ГК РФ (1 марта 1996 г.) законодательство не предусматривало никаких ограничений для осуществления такой деятельности. В соответствии со ст. 49 ГК РФ коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом, обладают общей правоспособностью и, следовательно, могут осуществлять любую деятельность, не запрещенную законом. Пункт 2 ст. 49 ГК РФ предусматривает возможность ограничения правоспособности коммерческой организации только в случаях и порядке, предусмотренных законом. Абзац третий п. 1 указанной статьи предусматривает один из таких случаев — лицензирование. Институт лицензирования — институт публичного права, и регулирование отношений, возникающих в данной сфере, осуществляется специальным законом — Федеральным законом от 08.08.2001 № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (в ред. от 02.11.2004). Данный закон не входит в систему актов гражданского законодательства ввиду различия предметов регулирования, и следовательно, для применения нормы п. 2 ст. 3 ГК РФ, устанавливающей приоритетность ГК РФ перед иными законами, основания отсутствуют. В соответствии с указанным законом перечень лицензируемых видов деятельности является единым (ст. 3) и введение лицензирования новых видов деятельности возможно лишь внесением дополнений в закон (п. 3 ст. 17). В настоящее время деятельность финансовых агентов не внесена в перечень видов деятельности, подлежащих лицензированию; не содержится она и в перечне видов деятельности, лицензирование которых осуществляется в соответствии со специальными законами (п. 2 ст. 1). Таким образом, коммерческие организации могут осуществлять деятельность финансовых агентов без лицензии.

Позиция правоприменителей по вопросу необходимости лицензии также неоднозначна. Так, некоторые суды признают договоры факторинга, финансовым агентом в которых является коммерческая организация, не имеющая лицензии, ничтожными по основаниям, предусмотренным ст. 168, как противоречащие требованиям ст. 825 ГК РФ[5]. При вынесении подобных решений (даже если признать необходимость наличия лицензии) суды не учитывают наличия специальной нормы ст. 173 ГК РФ, предусматривающей, что сделка, совершенная юридическим лицом, не имеющим лицензию на занятие соответствующей деятельностью, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску этого юридического лица, его учредителя (участника) или государственного органа, осуществляющего контроль или надзор за деятельностью юридического лица, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности.

Более правильными (с учетом вышесказанного и допущения тезиса о необходимости лицензии) представляются постановления судов, признающих такие договоры недействительными по основаниям, предусмотренным ст. 173 ГК РФ[6]. И лишь немногие суды обоснованно признают, что коммерческие организации могут заниматься деятельностью финансовых агентов без лицензии[7].

В настоящее время ни постановлений Высшего арбитражного суда РФ по конкретным делам, ни обобщения практики по данной категории дел нет. Думается, что при известной твердости позиции и при наличии квалифицированной юридической поддержки неправомерные решения арбитражных судов могут быть отменены в порядке надзора Высшим арбитражным судом РФ.

 

Библиография

1 Гражданское право: Учеб. / Под ред. Е.А. Суханова. В 2 т. Т. 2. — М., 1993. С. 10.

2 См., напр.: Эрделевский А. Договор факторинга // Российская юстиция. 1999. № 1; Юденков А.П. Финансирование под уступку денежного требования (гл. 43) // В кн.: Комментарий к Гражданскому кодексу РФ. Часть вторая / Под ред. проф. Т.Е. Абовой и А.Ю. Кабалкина. — М., 2003; Медведев Д.А. Финансирование под уступку денежного требования // В кн.: Гражданское право: Учеб. Ч. II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. — М.: Проспект, 1999.

3 См.: Ершов Ю. Финансирование под уступку денежного требования // Российская юстиция. 2002. № 12.

4 См., напр.: Новоселова Л.А. Финансирование под уступку денежного требования // Вестник ВАС РФ. 2000. № 11—12; 2001. № 1, 3—6, 8, 10, 11; 2002. № 1; Суханов Е.А. Факторинг — новый договор в российском законодательстве (по материалам выступления на семинаре судей арбитражных судов в г. Петрозаводске) // Законодательство. 1997. № 6; Гасников К.Д. Договор финансирования под уступку денежного требования и практика его применения арбитражными судами // Журнал российского права. 2002. № 9.

5 См., напр.: постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.1999 по делу № ж-А53-2909/98-С4-11-вх.205; постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 05.07.1999 № Ф08-1208/99; определение Арбитражного суда Московской области от 14.06.2002 по делу № А41-К2-13060/00.

6 См.: постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 03.02.2003 № КГ-А40/68-03; решение Арбитражного суда г. Москвы от 14.06.2000 по делу № А40-13580/00-10-108.

7 См., напр.: постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 04.01.2001 № Ф09-1969/2000.

www.sovremennoepravo.ru

ЛИЦЕНЗИРОВАНИЕ ФАКТОРИНГОВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ - Сейчас.ру

Е.В. ПЛЕХОВЕ.В. Плехов, юрист Адвокатского бюро "Статус-Кво".Большинство договоров, перечисленных в части второй ГК РФ, не имеют ограничений по субъектному составу, т.е. сторонами в них могут являться любые лица. Вместе с тем ряд норм содержит ограничения по субъекту, являющемуся стороной по определенному договору. Например, продавцом в договоре купли-продажи может являться только лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность.По договору факторинга одна сторона (финансовый агент) передает или обязуется передать другой стороне (клиенту) денежные средства в счет денежного требования клиента (кредитора) к третьему лицу (должнику), вытекающего из предоставления клиентом товаров, выполнения им работ или оказания услуг третьему лицу, а клиент уступает или обязуется уступить финансовому агенту это денежное требование. Таким образом, сторонами договора являются клиент и финансовый агент.Определение лица, которое может являться клиентом, обычно не вызывает сложностей. ГК РФ не содержит никаких ограничений на этот счет. Вместе с тем высказывается точка зрения, согласно которой "по смыслу закона в роли клиентов должны выступать коммерческие организации либо индивидуальные предприниматели, поскольку договоры факторинга используются исключительно в предпринимательском обороте" . Представляется, что данное мнение недостаточно обоснованно и не соответствует закону.--------------------------------Гражданское право: Учеб.: В 2 т. / Под ред. Е.А. Суханова. Т. 2. М., 1993. С. 10.С определением другой стороны договора - финансового агента - возникает ряд сложностей. В соответствии со ст. 825 ГК РФ в качестве финансового агента могут выступать банки и иные кредитные организации, а также другие коммерческие организации, имеющие разрешение (лицензию) на осуществление деятельности такого вида. Возможность банков и иных кредитных организаций выступать в качестве финансовых агентов никем не оспаривается. В соответствии с п. 2 ч. 3 ст. 5 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности" (в ред. от 02.11.2004) приобретение права требования от третьих лиц исполнения обязательств в денежной форме относится к небанковским сделкам, которые могут осуществляться кредитными организациями. При этом не требуется специальной банковской лицензии на совершение таких сделок ввиду того, что лицензии необходимы лишь для совершения банковских операций (ст. 13).В отношении условий осуществления такой деятельности иными коммерческими организациями мнения исследователей разделились. Одни полагают, что для этого необходимо специальное разрешение (лицензия) , однако не приводят никаких аргументов в подтверждение, ограничиваясь цитированием ГК РФ.--------------------------------См., напр.: Эрделевский А. Договор факторинга // Российская юстиция. 1999. N 1; Юденков А.П. Финансирование под уступку денежного требования (гл. 43) // Комментарий к Гражданскому кодексу РФ. Часть вторая / Под ред. проф. Т.Е. Абовой и А.Ю. Кабалкина. М., 2003; Медведев Д.А. Финансирование под уступку денежного требования // Гражданское право: Учеб.: Ч. II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М.: Проспект, 1999.Некоторые ученые занимают промежуточную позицию, согласно которой наличие лицензии требуется лишь для осуществления такой деятельности, т.е. систематического проведения факторинговых операций; разовые же, единичные сделки, в которых лицо выступает как финансовый агент, наличия лицензии не требуют . С такой позицией вряд ли можно согласиться. Исходя из общих принципов, лицензированию подлежат виды деятельности, представляющие опасность и могущие нанести ущерб интересам граждан и государства. Таким образом, даже единичное осуществление действий, составляющих суть лицензируемого вида деятельности, требует наличия лицензии. Несостоятельность указанных утверждений отчетливо проявляется, если в качестве примера рассмотреть такой вид лицензируемой деятельности, как медицинская. Сомнительно, что кто-либо согласится с легальностью разового оказания медицинских услуг организацией, не имеющей соответствующей лицензии.--------------------------------См.: Ершов Ю. Финансирование под уступку денежного требования // Российская юстиция. 2002. N 12.Третья группа ученых совершенно обоснованно отмечает, что в настоящее время коммерческие организации могут осуществлять данный вид деятельности без лицензии . Согласно ст. 10 Федерального закона от 26.01.1996 N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" (в ред. от 26.11.2001) до установления условий лицензирования деятельности финансовых агентов сохраняется существующий порядок осуществления их деятельности. На момент введения в действие части второй ГК РФ (1 марта 1996 г.) законодательство не предусматривало никаких ограничений для осуществления такой деятельности. В соответствии со ст. 49 ГК РФ коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом, обладают общей правоспособностью и, следовательно, могут осуществлять любую деятельность, не запрещенную законом. Пункт 2 ст. 49 ГК РФ предусматривает возможность ограничения правоспособности коммерческой организации только в случаях и порядке, предусмотренных законом. Абзац третий п. 1 указанной статьи предусматривает один из таких случаев - лицензирование. Институт лицензирования - институт публичного права, и регулирование отношений, возникающих в данной сфере, осуществляется специальным законом - Федеральным законом от 08.08.2001 N 128-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" (в ред. от 02.11.2004). Данный Закон не входит в систему актов гражданского законодательства ввиду различия предметов регулирования, и, следовательно, для применения нормы п. 2 ст. 3 ГК РФ, устанавливающей приоритетность ГК РФ перед иными законами, основания отсутствуют. В соответствии с указанным Законом перечень лицензируемых видов деятельности является единым (ст. 3) и введение лицензирования новых видов деятельности возможно лишь внесением дополнений в закон (п. 3 ст. 17). В настоящее время деятельность финансовых агентов не внесена в перечень видов деятельности, подлежащих лицензированию; не содержится она и в перечне видов деятельности, лицензирование которых осуществляется в соответствии со специальными законами (п. 2 ст. 1). Таким образом, коммерческие организации могут осуществлять деятельность финансовых агентов без лицензии.--------------------------------См., напр.: Новоселова Л.А. Финансирование под уступку денежного требования // Вестник ВАС РФ. 2000. N 11 - 12; 2001. N 1, 3 - 6, 8, 10, 11; 2002. N 1; Суханов Е.А. Факторинг - новый договор в российском законодательстве: (По материалам выступления на семинаре судей арбитражных судов в г. Петрозаводске) // Законодательство. 1997. N 6; Гасников К.Д. Договор финансирования под уступку денежного требования и практика его применения арбитражными судами // Журнал российского права. 2002. N 9.Позиция правоприменителей по вопросу необходимости лицензии также неоднозначна. Так, некоторые суды признают договоры факторинга, финансовым агентом в которых является коммерческая организация, не имеющая лицензии, ничтожными по основаниям, предусмотренным ст. 168, как противоречащие требованиям ст. 825 ГК РФ . При вынесении подобных решений (даже если признать необходимость наличия лицензии) суды не учитывают наличия специальной нормы ст. 173 ГК РФ, предусматривающей, что сделка, совершенная юридическим лицом, не имеющим лицензию на занятие соответствующей деятельностью, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску этого юридического лица, его учредителя (участника) или государственного органа, осуществляющего контроль или надзор за деятельностью юридического лица, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности.--------------------------------См., напр.: Постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.1999 по делу N Ж-А53-2909/98-С4-11-ВХ.205; Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 05.07.1999 N Ф08-1208/99; Определение Арбитражного суда Московской области от 14.06.2002 по делу N А41-К2-13060/00.Более правильными (с учетом вышесказанного и допущения тезиса о необходимости лицензии) представляются постановления судов, признающих такие договоры недействительными по основаниям, предусмотренным ст. 173 ГК РФ . И лишь немногие суды обоснованно признают, что коммерческие организации могут заниматься деятельностью финансовых агентов без лицензии .--------------------------------См.: Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 03.02.2003 N КГ-А40/68-03; решение Арбитражного суда г. Москвы от 14.06.2000 по делу N А40-13580/00-10-108.См., напр.: Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 04.01.2001 N Ф09-1969/2000.В настоящее время ни постановлений Высшего Арбитражного Суда РФ по конкретным делам, ни обобщения практики по данной категории дел нет. Думается, что при известной твердости позиции и при наличии квалифицированной юридической поддержки неправомерные решения арбитражных судов могут быть отменены в порядке надзора Высшим Арбитражным Судом РФ.ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 08.08.2001 N 128-ФЗ"О ЛИЦЕНЗИРОВАНИИ ОТДЕЛЬНЫХ ВИДОВ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ"(принят ГД ФС РФ 13.07.2001)ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 26.01.1996 N 15-ФЗ"О ВВЕДЕНИИ В ДЕЙСТВИЕ ЧАСТИ ВТОРОЙ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"(принят ГД ФС РФ 22.12.1995)"ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ЧАСТЬ ВТОРАЯ)" от 26.01.1996 N 14-ФЗ(принят ГД ФС РФ 22.12.1995)"ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ЧАСТЬ ПЕРВАЯ)" от 30.11.1994 N 51-ФЗ(принят ГД ФС РФ 21.10.1994)ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 02.12.1990 N 395-1"О БАНКАХ И БАНКОВСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ"ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Московского округа от 03.02.2003 N КГ-А40/68-03ОПРЕДЕЛЕНИЕ Арбитражного суда Московской области от 14.06.2002 N А41-К2-13060/00ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Уральского округа от 04.01.2001 N Ф09-1969/2000-ГКПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Северо-Кавказского округа от 05.07.1999 N Ф08-1208/99ПОСТАНОВЛЕНИЕ Апелляционной инстанции Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.1999 N Ж-А53-2909/98-С4-11-ВХ.205Современное право, 2005, N 2

ИНСТИТУТ ЛЬГОТ В ТАМОЖЕННОМ ПРАВЕ (Современное право, 2005, n 2)  »
Комментарии к законам »

www.lawmix.ru

Проблемы законодательного регулирования факторинга

Как известно, факторинг — это разновидность финансовых операций, при которых банк или специализированная компания приобретает денежные требования на должника и сама взыскивает долг в пользу кредитора (продавца), получая за это установленную комиссию.

Факторинг для экономического рынка России – явление достаточно новое, но обретающая все большую популярность, особенно в сфере малого и среднего предпринимательства. По оценкам специалистов в настоящее время объем рынка факторига в нашей стране составляет в совокупности около 11 млрд долларов США. Мировой рост рынка факторинговых услуг кроме всего прочего обусловлен принятием в Оттаве Конвенции о международном финансовом представительстве, которая подробно освещает и вопросы факторинга, причем эти решения являются унифицированными для всех участников Конвенции. Но Россия не присоединилась к ней, хотя и строит свое законодательство в этой области в направлении положений Конвенции.

Молодой российский рынок факторинговых услуг развивается стремительно, достаточно высокими темпами. Но в последнее время темп роста несколько замедлился. И для этого есть объективные причины, о которых экономисты говорят уже давно – нерешенные проблемы в области законодательства, приводящие к разногласиям в решении различных вопросов, так или иначе связанных с деятельностью по финансированию под уступку денежного требования. Именно противоречия в области законодательного регулирования отпугивают потенциальных субъектов рынка факторинга и создают препятствия успешной деятельности уже работающих в этой области компаний.

Не секрет, что некоторые компании заключают договоры с использованием схем факторинга, направленные на отмывание денег или совершение других финансовых махинаций. В качестве примера можно привести сделки одного из крупных предприятий. Банк, с которым был заключен договор факторинга, все расчеты с поставщиком и покупателем осуществлял самостоятельно, само предприятие финансовые расчеты не производило, занимаясь только некоторыми документами. Кроме того, внимание проверяющих привлекла и слишком высокая комиссия. А участники сделки очень быстро улучшали финансовое состояние и немедленно рассчитывались с банком. Подробный анализ деятельности как банка, так и предприятия, позволил выявить использование так называемого «лже-факторинга» и привлечь стороны к ответственности. Но возможность проводить такие махинации дают именно недостатки существующего законодательства.

В Российской Федерации действуют следующие нормативные документы, закрепляющие факторинг законодательно как один из видов финансовой деятельности:- Гражданский кодекс РФ, часть 2 (гл. 43, ст. 824 – 833). - Налоговый кодекс РФ (гл. 25, ст. 265, 269, 271).- Федеральный закон РФ «О банках и банковской деятельности».

Анализ законодательного регулирования факторинга позволяет выявить  главную проблему - проблему лицензирования факторинговой деятельности компаний, связанную с  противоречивостью норм статьи 825 ГК РФ и Федерального закона от 08.08.2001 ? 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности».Согласно ст. 825 ГК РФ финансовые агенты (компании-факторы) должны получать специальное разрешение (лицензию) на осуществление такого вида деятельности, а вышеупомянутый Федеральный закон устанавливает диаметрально противоположный порядок факторинговой деятельности, то есть говорит об отсутствии необходимости получения лицензии финансовым агентом. Такое противоречие вызывает сложности в отношениях субъектов рынка как между собой, так и с представителями государства в лице контролирующих и судебных органов.

Заметим, что большое количество судебных разбирательств в области факторинга завершается прямо противоположными решениями судов разных инстанций, причина все та же – противоречия в существующем законодательстве. Эта причина – одна из четырех, послуживших поводом для разработки Минэкономразвития России законопроекта, направленного на отмену лицензирования факторинга. В числе трех других причин указывается существование необходимости развития небанковского факторинга, динамичность развития этого вида бизнеса и международный опыт.

Вызывает справедливые упреки в адрес законодательных органов и тот факт, что действующее законодательство говорит о наличии специальной лицензии для компаний, которые занимаются деятельностью по финансированию под уступку денежного требования (факторингом), при этом специальный орган, занимающийся выдачей этих лицензий, не определен законодательно. Таким образом,  коммерческие организации не имеют возможности получить такого рода разрешения. Это привело к тому, что сегодня на финансовом рынке работают финансовые агенты, осуществляющие свою деятельность на основе банковской лицензии, так как она дает право заниматься факторингом.

Но не приведет ли отмена лицензирования факторинга к неуправляемости рынка этого вида финансовой деятельности? По мнению специалистов, это исключено. В настоящее время уже существует несколько путей контроля деятельности компании-фактора. Работу финансовых агентов контролируют административные органы, банковское и уголовное законодательство.

Еще один довод в пользу отмены лицензирования – невозможность нанесения финансовым агентом ущерба физическим лицам по той причине, что факторинговые компании не работают с физическими лицами, а работают с юридическими лицами через кредитные организации. А деятельность последних, в свою очередь, контролируется банковским законодательством.

Налоговые органы также осуществляют контроль факторинговых компаний по той причине, что их деятельность осуществляется в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации.

Экономисты считают, что существующих средств контроля вполне достаточно, чтобы обеспечивать прозрачность и законность деятельности факторинговых компаний, не прибегая к выдаче специальных лицензий.

Как уже было сказано, в связи с проблемами лицензирования главную роль на российском рынке факторинговых услуг играют банки, а не специализированные компании. Но факторинг для банка – это еще и дополнительный риск, который не выгоден банку и, как правило, вызывает беспокойство среди его акционеров. Поэтому имеет смысл законодательно закрепить чисто факторинговые компании, не занимающиеся банковской деятельностью. Здесь уместно обратиться к опыту других государств.

Подавляющее большинство компаний-факторов в Европе – это специализированные компании, а не банки. Исключение – Германия и Австрия. В этих странах существуют специализированные факторинговые банки. В Австрии это предусмотрено законодательством, а в Германии запрещено заниматься факторингом с регрессом без банковской лицензии, поэтому в Германии действуют как банки, так и факторинговые компании. Специальное разрешение для ведения факторинговой деятельности не требуется и в Великобритании – признанному лидеру на рынке факторинговых операций.

Итак, как мы видим, проблемы в законодательстве не просто существуют, а заметно тормозят развитие факторинга на территории России. И скорейшее их решение на основе собственного опыта, опыта ведущих в области развития факторинга государств, с учетом специфики российского рынка – залог успешного развития факторинга в России.

www.factorings.ru

Арбитражная практика о лицензировании факторинга

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО — СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 23 сентября 2008 г. N Ф04-5751/2008(12012-А70-13)

 

(извлечение)

 

Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа, рассмотрев кассационную жалобу Норкина Сергея Витальевича на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2008 по делу N А70-7878/11-2007,

 

установил:

 

участник общества с ограниченной ответственностью «СтройКомплектМонтажСервис» Норкин Сергей Витальевич обратился с иском к ООО «СтройКомплектМонтажСервис», закрытому акционерному обществу (ЗАО) «Межрегиональная Факторинговая Компания «Траст» о признании недействительным (ничтожным) генерального договора о факторинговом обслуживании N 075/06/СК от 07.06.06г.

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец уточнил исковые требования. Попросил признать недействительными (ничтожными) пункты 2.2., 4.1.2.2., 4.4.6., 6.3, 6.5., 7.1.-7.5. генерального договора о факторинговом обслуживании N 075/06/СК от 07.06.2006 и дополнительного соглашения от 07.06.2006, заключенных между ООО «СтройКомплектМонтажСервис» и ЗАО Межрегиональная Факторинговая Компания «Траст».

Исковые требования со ссылками на статьи 166 — 168, пункт 1 статьи 824, статью 825, пункт 1 статьи 831 Гражданского кодекса Российской Федерации, обоснованы несоответствием условий оспариваемых пунктов вышеуказанного договора и дополнительного соглашения к нему, предусматривающих ответственность клиента перед фактором, нормам Гражданского кодекса.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 21.02.2008 исковые требования удовлетворены в части признания недействительными (ничтожными) пунктов 2.2., 4.1.2.2., 4.4.6., 6.3, 6.5., 7.1.-7.5. генерального договора о факторинговом обслуживании N 075/06/СК от 07.06.2006 в остальной части иска отказано.

Суд пришел к выводу, что юридическая природа отношений, возникших между сторонами договора по финансированию под уступку денежного требования, фактически соответствует отношениям договора купли-продажи, то есть соответствует требованиям пункта 1 статьи 831 Гражданского кодекса, предусматривающей заключение договора финансирования под уступку денежного требования путем покупки этого требования финансовым агентом. Указанное исключает ответственность клиента перед финансовым агентом. Поэтому пункты договора, предусматривающие ответственность клиента перед фактором, противоречат закону.

По мнению суда первой инстанции, правила пункта 3 статьи 827 Гражданского кодекса связывают наличие либо отсутствие ответственности клиента с условиями заключенного договора, т.е. непосредственно с нормами статьи 831 Гражданского кодекса.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2008 решение от 21.02.2008 отменено, в удовлетворении иска отказано.

Отменяя решение, апелляционный суд сослался на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права. Указал, что положения статьи 827 Гражданского кодекса (ответственность клиента перед финансовым агентом) и статьи 831 Гражданского кодекса (права финансового агента на суммы, полученные от должника) носят самостоятельный характер.

Включение условия об ответственности клиента перед финансовым агентом не ставится в зависимость от вида договора финансирования под уступку денежного требования.

Включив условие об ответственности клиента перед финансовым агентом за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником требования, являющегося предметом уступки, ответчики руководствовались правилами пункта 3 статьи 827 Гражданского кодекса и не нарушили закон.

Кроме того, суд посчитал, что обращаясь с иском, Норкин С.В. не доказал нарушение оспариваемой сделкой его прав и законных интересов как участника общества.

С принятым постановлением не согласен Норкин С.В.

В кассационной жалобе истец считает правильным вывод суда первой инстанции о заключении между сторонами договора финансирования под уступку права требования путем покупки уступаемого требования. При такой конструкции договора уступка не выполняет обеспечительной функции, следовательно, клиент не несет ответственности перед финансовым агентом за то, что полученные им суммы оказались меньшей цены, за которую агент приобрел требование.

По мнению заявителя, суд неправильно применил статью 827 Гражданского кодекса и не применил, подлежащую применению, статью 831 Гражданского кодекса. Норма пункта 3 статьи 827 Гражданского кодекса дополняет положения пункта 2 статьи 831 Гражданского кодекса, поэтому включение в договор факторинга, совершенного путем покупки уступаемого требования, условий об ответственности клиента за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником своих обязанностей, противоречит пункту 1 статьи 831 Гражданского кодекса.

Не согласен с выводом апелляционного суда об отсутствии заинтересованности Норкина С.В. в предъявлении настоящего иска. Считает, что оспариваемой сделкой нарушаются его права на получение прибыли в обществе, сделка влечет за собой уменьшение стоимости активов и доли участника общества.

Просит судебный акт отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

ЗАО «МФК «Траст» постановление находит законным и обоснованным.

Изучив обстоятельства дела и рассмотрев доводы кассационной жалобы, кассационная инстанция считает, что жалоба удовлетворению не подлежит.

Как следует из материалов дела, 07.06.2006 между ЗАО «Межрегиональная Факторинговая Компания «Траст» (фактор) и ООО «СтройКомплектМонтажСервис»» (клиент) заключен генеральный договор о факторинговом обслуживании N 075/06/СК, предметом которого является финансирование фактором клиента под уступку его денежных требований к дебиторам, вытекающих из контрактов (договоров между клиентом и дебитором, предусматривающих поставку, продажу товаров, выполнение работ и оказание услуг на условиях отсрочки платежа) и определение ответственности клиента за неисполнение или ненадлежащее исполнение дебиторами уступленных фактору денежных требований (разделы 1, 2).

Условия финансирования под уступку денежных требований и платежей ответчики определили в разделе 3 договора.

В пункте 4.1.2.2. договора ответчики установили обязанность клиента нести ответственность перед фактором за неисполнение или ненадлежащее исполнение дебиторами уступленных фактору денежных требований в порядке, предусмотренном настоящим договором.

В силу пункта 6.3. договора клиент несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение дебиторами денежных требований, уступленных фактору в соответствии с условиями настоящего договора, в порядке и на условиях, предусмотренных разделом 7 настоящего договора.

Ответственность клиента за неисполнение или ненадлежащее исполнение дебиторами уступленных денежных требований установлена в разделе 7 договора.

По дополнительному соглашению от 07.06.2006 о вознаграждении фактора по генеральному договору о факторинговом обслуживании от 07.06.2006 N 075/06/СК клиент обязался уплачивать фактору вознаграждение в виде комиссий за обработку документов, на сумму первого платежа, на сумму уступленного денежного требования, дополнительной комиссии начисляемой единовременно на сумму уступленного денежного требования в дату расчета вознаграждения фактора (факторинговые комиссии).

Считая пункты 2.2., 4.1.2.2., 4.4.6., 6.3., 6.5., 7.1.-7.5. генерального договора о факторинговом обслуживании от 07.06.2006 N 075/06/СК и дополнительное соглашение к нему от 07.06.2006 несоответствующими требованиям пункта 1 статьи 831 Гражданского кодекса, а также ссылаясь на отсутствие у финансового агента лицензии на осуществление деятельности такого вида (статья 825 Гражданского кодекса), истец обратился с настоящим иском.

Дав оценку правоотношениям сторон, проанализировав оспариваемые условия генерального договора о факторинговом обслуживании от 07.06.2006 N 075/06/СК относительно ответственности клиента перед фактором, апелляционный суд правильно пришел к выводу об их соответствии закону исходя из следующего.

По договору финансирования под уступку денежного требования одна сторона (финансовый агент) передает или обязуется передать другой стороне (клиенту) денежные средства в счет денежного требования клиента (кредитора) к третьему лицу (должнику), вытекающего из предоставления клиентом товаров, выполнения им работ или оказания услуг третьему лицу, а клиент уступает или обязуется уступить финансовому агенту это денежное требование.

Денежное требование к должнику может быть уступлено клиентом финансовому агенту также в целях обеспечения исполнения обязательства клиента перед финансовым агентом (статья 824 Гражданского кодекса).

В пункте 3 статьи 827 Гражданского кодекса предусмотрено, что клиент не отвечает перед финансовым агентом за исполнимость переданного права. Таким образом, по общему правилу законодательно устанавливается факторинг без права регресса (безоборотный факторинг).

Вместе с тем указанные нормы имеют диспозитивный характер гражданско-правового регулирования. В рамках заключаемого договора финансирования под уступку денежного требования стороны вправе определить иные меры (санкции) гражданско-правовой ответственности.

В рассматриваемом случае в договоре факторинга стороны предусмотрели иной правовой режим ответственности клиента за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником требования, являющегося предметом уступки в случае предъявления его финансовым агентом к исполнению, что не противоречит пункту 3 статьи 827 Гражданского кодекса (оборотный факторинг).

При этом законодатель не ставит заключение такого соглашения в зависимость от вида заключаемого договора финансирования под уступку денежного требования (обеспечительный, безоборотный или оборотный факторинг). Нормы пунктов 1 и 3 статьи 827 Гражданского кодекса имеют общий характер.

По вопросу наличия лицензии у ЗАО «Межрегиональная Факторинговая Компания «Траст» на осуществление такого вида деятельности, суды со ссылкой на положения статьи 10 Федерального закона от 26.01.1996 N 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации», Федерального закона от 08.08.2001 N 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» правильно указали на то, что отсутствие у ЗАО «Межрегиональная Факторинговая Компания «Траст» лицензии на осуществление факторинговой деятельности не влияет на действительность договора, заключенного ответчиками.

Также не имеется оснований считать, что условия в дополнительном соглашении от 07.06.2006 о вознаграждении фактора (факторинговые комиссии) противоречит закону, поскольку одним из условий данного вида договора является цена в виде размера вознаграждения агенту. В противном случае договор являлся бы безвозмездным, что запрещено законом в правоотношениях между юридическими лицами.

Кроме того, суд апелляционной инстанции правильно указал, что при обращении с иском в суд Норкиным С.В. не было доказано нарушение оспариваемой сделкой его прав и законных интересов участника общества.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Из материалов дела следует, что истец стал участником общества после совершения сделки ответчиками. Следовательно, на момент совершения сделки права истца не нарушались, а закон ставит защиту прав в зависимость от их наличия.

При таких обстоятельствах кассационная инстанция не находит оснований для отмены постановления суда.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

 

постановил:

 

постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2008 по делу N А70-7878/11-2007 оставить без изменения, кассационную жалобу — без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

smartfactor.ru


Смотрите также