Расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга


Общее сальдо встречных обязательств по нескольким договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя

24 апреля Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ рассмотрит вопрос о допустимости расчета общего сальдо встречных обязательств по нескольким невзаимосвязанным договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя.

Фактические обстоятельства

Между ЗАО "ШРЕИ Лизинг" (лизингодателем) и ЗАО "Гортехпроектпоставка" в период с 17.04.2013 по 15.07.2013 заключено семь договоров лизинга. По этим договорам ЗАО "ШРЕИ Лизинг" приобрело и в период с мая по сентябрь 2013 г. передало ЗАО "Гортехпроектпоставка" четыре экскаватора, трактор, гидромолот и стационарный бетонный насос.

Впоследствии все договоры расторгнуты, в октябре 2014 г. имущество возвращено.

01.04.2015 ЗАО "Гортехпроектпоставка" признано банкротом.

В октябре 2015 г. ЗАО "Гортехпроектпоставка" обратилось в суд с иском о взыскании почти 6,3 млн руб. сальдо встречных обязательств согласно п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 о выкупном лизинге (дело № А40-188536/15-112-1518).

Согласно расчетам судов, после расторжения договоров и изъятия имущества сальдо по четырем договорам сложилось в пользу лизингополучателя (округленно 1,2 млн руб.), по трем – 1 млн руб. в пользу лизингодателя, общее сальдо по семи договорам – 0,2 руб. в пользу лизингополучателя. (Само по себе соотношение требований лизингополучателя (6,3 млн руб.) и расчетов судов (0,2 млн руб.) очень показательно.) Именно в этой сумме общее сальдо взыскано с лизингодателя в пользу лизингополучателя. Апелляционный и кассационный суд оставили решение первой инстанции без изменений.

Вопрос, поставленный перед Судебной коллегией

Определением судьи С.В.Самуйлова от 03.04.2014 № 305-ЭС16-20304 для рассмотрения в заседании Коллегии по экономическим спорам передана жалоба ЗАО "Гортехпроектпоставка" на акты по данному делу.

Основной довод, указанный в определении в качестве мотива пересмотра дела, – требования по каждому из семи не связанных между собой договоров должны рассматриваться как самостоятельные вне зависимости от факта их объединения в одно производство. Действия судов по арифметическому расчету требований по своей правовой природе являются зачетом и регулируются ст. 410 ГК РФ. Зачет произведен без учета запрета с даты возбуждения в отношении одной из сторон дела о банкротстве зачета встречного однородного требования и предпочтительного удовлетворения требований одних кредиторов одной очереди перед другими.

Данный довод видится крайне неоднозначным ввиду следующих соображений:

1. Выведение общего сальдо не является зачетом по смыслу ст. 410 ГК РФ

Центральная идея зачета как способа прекращения обязательства – это возможность добиться подобного эффекта односторонним волеизъявлением.

Выведение судом общего сальдо по итогам реализации всей имущественной массы, служащей обеспечением интересов по погашению суммарной задолженности лизингополучателя (должника) перед лизингодателем (кредитором) нельзя признать ни собственно зачетом. Сальдирование осуществляется не односторонним волеизъявлением участника гражданских отношений (признак зачета), а судом.

2. Преимущество, достигаемое лизингодателем (кредитором) при выведении общего сальдо по нескольким договорам, соответствует природе отношений как обеспечительной конструкции

Существо всякой вещной обеспечительной конструкции составляет предоставление кредитору имущественного резерва, за счет которого он может удовлетворить свои требования к должнику преимущественно перед другими кредиторами этого должника. Получение такого преимущества – это не порок конструкции, а ее единственное назначение в гражданском обороте. Попытка устранить это свойство конструкции как ее порок приведет к утрате конструкцией ее обеспечительной функции и в конечном счете – к лишению данного инструмента всякого экономического смысла.

Лизинг – это предоставление должнику финансирования под обеспечение в виде прав на приобретаемый лизингодателем (кредитором) для лизингополучателя (должника) актив (это еще раз подтверждено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 23.03.2017 № 307-ЭС16-3765 (4,5)). Поэтому к такой операции (особенно при банкротстве должника) нужно подходить с позиций необходимости предоставления лизингодателю как обеспеченному кредитору преимуществ перед другими кредиторами, а не стесняться возникновения такого преимущества.

3. Запрет расчета общего сальдо по нескольким лизинговым договорам приведет к дискриминации лизинговых компаний по сравнению с залоговыми кредиторами

Строго говоря, если имеет место взаимно однозначное соответствие между кредитом и залогом, каждая реализация предмета залога должна приводить либо к недостаточности стоимости для погашения долга (который следует считать необеспеченным требованием), либо к образованию излишка (superfluum), который следует возвратить должнику (абз. 2 п. 3 ст. 334 ГК РФ). При рассмотрении множества таких операций изолированно друг от друга должна возникать необходимость взыскания с залогового кредитора излишков в конкурсную массу с оставлением требований, не удовлетворенных при реализации соответствующего залогового имущества, в реестре в качестве необеспеченных.

На деле ничего подобного не происходит.

С одной стороны, банки имеют и используют возможность установить в договорах такой режим, который признает всю залоговую массу обеспечением всей совокупности требований.

С другой стороны, при определении порядка реализации заложенного имущества весьма распространен принцип продажи "единым лотом". При этом возможность компенсации низкой ликвидности одних активов за счет высокой ликвидности других активов признается не пороком конструкции, а ее преимуществом.

Очевидно, с экономической точки зрения эти два инструмента (единство залоговой массы и продажа "единым лотом") приводят точно к такому же сальдированию и препятствуют искусственному образованию излишков, подлежащих взысканию в пользу конкурсной массы.

Если признать расчет общего сальдо по нескольким договорам лизинга недопустимым, то будет нарушен конституционный принцип равенства, из которого вытекает запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания, т.е. запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях (постановления КС РФ от 15.06.2006 № 6-П, от 28.05.2010 № 12-П).

4. Совокупность актов лизингового финансирования под вещное обеспечение правами на совокупность активов следует рассматривать в качестве взаимосвязанных сделок

В определении от 03.04.2017 говорится об отсутствии связи между договорами лизинга. Между тем наличие или отсутствие такой связи должно проверяться для целей разрешения данного дела исходя из тех же критериев, по которым оценивалась бы взаимосвязанность сделок при их оспаривании по мотивам отсутствия должного одобрения при выявлении признаков крупной сделки.

Сделки, описанные в начале данной публикации, практически гарантированно были бы признаны взаимосвязанными при рассмотрении иска о признании недействительными ввиду отсутствия одобрения (см. подп. 4 п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 о крупных сделках и сделках с заинтересованностью). В практике Президиума ВАС РФ были решения, которыми в качестве взаимосвязанных рассматривались сделки, совершенные в течение периода, превышающего полтора года.

Коль скоро это так, то и в данном случае договоры взаимосвязаны. Кредитор (лизингодатель) несколькими траншами предоставил должнику (лизингополучателю) финансирование в общей сумме, возвратность которой обеспечивается единой имущественной массой. Все те же самые операции вполне могли быть совершены в рамках одного договора. Ведение документооборота по принципу "один договор – одна вещь" обусловливается исключительно соображениями удобства бухгалтерского и налогового учета и никак не связано с защитой или нарушением интересов сторон и третьих лиц. Произвольная (с точки зрения существа отношений) разбивка этой системы обязательств на отдельные составляющие с вычленением промежуточных финансовых результатов противоречит экономической сути хозяйственных связей.

zakon.ru

Верховный Суд рассмотрит второе дело о допустимости расчета общего сальдо встречных обязательств по нескольким договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя

В Коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ передано уже второе дело по вопросу возможности определения сальдо встречных обязательств по нескольким договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя (Определение о передаче 15 сентября 2017 года по делу №306-ЭС17-5704). Заседание коллегии назначено на 07 ноября 2017 года.

Суть спора:

Между лизинговой компанией и лизингополучателем заключено девять договоров лизинга, в связи с просрочкой договоры расторгнуты, предметы лизинга изъяты.

В отношении лизингополучателя открыто конкурсное производство и конкурсный управляющий предъявил иск лизинговой компании о взыскании 16 млн. рублей - суммы неосновательного обогащения, определенной по правилам Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Суд первой инстанции, рассчитав сальдо встречных обязательств по всем девяти договорам лизинга, пришел к выводу, что по пяти договорам сальдо сложилось в пользу лизингодателя в общем размере 1,8 млн. руб., а по другим четырем - в пользу лизингополучателя в размере 0,6 млн. руб.  

Указывая на наличие общего долга по всем девяти договорам в размере 1,2 млн. руб., лизинговая компания просила в иске отказать.

Истец, ссылаясь на правила о недопустимости зачета после введения наблюдения (абзац 7 пункта 1 статьи 63 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), говорил о невозможности учета его долга при рассмотрении иска и просил требования удовлетворить в размере 0,6 млн. руб.

Суд первой инстанции согласился с позицией лизингополучателя и удовлетворил иск. Апелляционный суд оставил решение без изменения.

Арбитражный суд Поволжского округа с принятыми судебными актами не согласился, отменил судебные акты и отказал в удовлетворении иска. В постановлении окружной суд указал что определение завершающей обязанности по договорам лизинга не является зачетом встречных однородных требований по смыслу статьи 410 ГК РФ и завершающая обязанность по невыполненным обязательствам по девяти договорам лизинга лежит на лизингополучателе (истце).

Однако Верховный Суд с этими выводами не согласился, определением от 15.09.2017  для рассмотрения в заседании Коллегии по экономическим спорам передана жалоба конкурсного управляющего. Основанием для пересмотра дела указаны доводы жалобы управляющего о том, что требования по девяти договорам должны рассматриваться отдельно и недопустимости зачета после введения наблюдения.

Проблема:

Это уже второе определение Верховного Суда по вопросу расчета сальдо встречных обязательств по нескольким договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя.  В определении от 02 мая 2017 года №305-ЭС16-20304 Верховный Суд уже прямо указал что установление разности между объемами встречных денежных обязательств по договорам лизинга является зачетом, регулируется статьей 410 ГК РФ и такой зачет противоречит законодательству о банкротстве.

Определение от 02 мая 2017 года вызвало массу споров, так, Сергей Громов писал, что такая позиция Верховного Суда является неоднозначной, не учитывает обеспечительный характер лизинга и приводит к дискриминации лизинговый компаний по сравнению с залоговыми кредиторами. А.В. Егоров, комментируя его, также не разделил мнение Верховного Суда (Вебинар «Лизинг и банкротство»// www.lextorium.ru).

На первый взгляд, запрет кредитору после введения наблюдения получать удовлетворение вперед других кредиторов, выглядит оправданно и направлен на учет интересов всех кредиторов.

Однако в данном случае ситуация доведена до другой крайности, лизинговая компания, являясь кредитором (потенциальным кредитором), не просто не получает преимущественное удовлетворение, она должна отдать в конкурсную массу живые деньги, а свой долг, который в два раза больше, включить в реестр требований.

Такая ситуация выглядит довольно странно, исходя из Закона о банкротстве кредитор - это "пострадавшее лицо", интересы которого закон и призван защитить, а при таком подходе эта задача не выполняется.

Нужно отметить, что законодательство знает случаи исключения в части запрета зачета при банкротстве. Так, Федеральным законом от 07.02.2011 №8-ФЗ внесены изменения, согласно которым правила о запрете зачета не применяются в отношении обязательств, возникающих из финансовых договоров (п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве). Такие обязательства, вне зависимости от количества заключенных договоров, прекращаются в предусмотренном для них порядке и в итоге определяется размер одного нетто - обязательства (ст. 4.1 Закона о банкротстве).

Такое же регулирование могло бы и должно быть предусмотрено и для лизинговых договоров, а сейчас, при его отсутствии, Верховный Суд мог бы направить законодателя в нужном направлении.

zakon.ru

Общее сальдо встречных обязательств по нескольким договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя

24 апреля Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ рассмотрит вопрос о допустимости расчета общего сальдо встречных обязательств по нескольким невзаимосвязанным договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя.

Фактические обстоятельства

Между ЗАО "ШРЕИ Лизинг" (лизингодателем) и ЗАО "Гортехпроектпоставка" в период с 17.04.2013 по 15.07.2013 заключено семь договоров лизинга. По этим договорам ЗАО "ШРЕИ Лизинг" приобрело и в период с мая по сентябрь 2013 г. передало ЗАО "Гортехпроектпоставка" четыре экскаватора, трактор, гидромолот и стационарный бетонный насос.

Впоследствии все договоры расторгнуты, в октябре 2014 г. имущество возвращено.

01.04.2015 ЗАО "Гортехпроектпоставка" признано банкротом.

В октябре 2015 г. ЗАО "Гортехпроектпоставка" обратилось в суд с иском о взыскании почти 6,3 млн руб. сальдо встречных обязательств согласно п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 о выкупном лизинге (дело № А40-188536/15-112-1518).

Согласно расчетам судов, после расторжения договоров и изъятия имущества сальдо по четырем договорам сложилось в пользу лизингополучателя (округленно 1,2 млн руб.), по трем – 1 млн руб. в пользу лизингодателя, общее сальдо по семи договорам – 0,2 руб. в пользу лизингополучателя. (Само по себе соотношение требований лизингополучателя (6,3 млн руб.) и расчетов судов (0,2 млн руб.) очень показательно.) Именно в этой сумме общее сальдо взыскано с лизингодателя в пользу лизингополучателя. Апелляционный и кассационный суд оставили решение первой инстанции без изменений.

Вопрос, поставленный перед Судебной коллегией

Определением судьи С.В.Самуйлова от 03.04.2014 № 305-ЭС16-20304 для рассмотрения в заседании Коллегии по экономическим спорам передана жалоба ЗАО "Гортехпроектпоставка" на акты по данному делу.

Основной довод, указанный в определении в качестве мотива пересмотра дела, – требования по каждому из семи не связанных между собой договоров должны рассматриваться как самостоятельные вне зависимости от факта их объединения в одно производство. Действия судов по арифметическому расчету требований по своей правовой природе являются зачетом и регулируются ст. 410 ГК РФ. Зачет произведен без учета запрета с даты возбуждения в отношении одной из сторон дела о банкротстве зачета встречного однородного требования и предпочтительного удовлетворения требований одних кредиторов одной очереди перед другими.

Данный довод видится крайне неоднозначным ввиду следующих соображений:

1. Выведение общего сальдо не является зачетом по смыслу ст. 410 ГК РФ

Центральная идея зачета как способа прекращения обязательства – это возможность добиться подобного эффекта односторонним волеизъявлением.

Выведение судом общего сальдо по итогам реализации всей имущественной массы, служащей обеспечением интересов по погашению суммарной задолженности лизингополучателя (должника) перед лизингодателем (кредитором) нельзя признать ни собственно зачетом. Сальдирование осуществляется не односторонним волеизъявлением участника гражданских отношений (признак зачета), а судом.

2. Преимущество, достигаемое лизингодателем (кредитором) при выведении общего сальдо по нескольким договорам, соответствует природе отношений как обеспечительной конструкции

Существо всякой вещной обеспечительной конструкции составляет предоставление кредитору имущественного резерва, за счет которого он может удовлетворить свои требования к должнику преимущественно перед другими кредиторами этого должника. Получение такого преимущества – это не порок конструкции, а ее единственное назначение в гражданском обороте. Попытка устранить это свойство конструкции как ее порок приведет к утрате конструкцией ее обеспечительной функции и в конечном счете – к лишению данного инструмента всякого экономического смысла.

Лизинг – это предоставление должнику финансирования под обеспечение в виде прав на приобретаемый лизингодателем (кредитором) для лизингополучателя (должника) актив (это еще раз подтверждено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 23.03.2017 № 307-ЭС16-3765 (4,5)). Поэтому к такой операции (особенно при банкротстве должника) нужно подходить с позиций необходимости предоставления лизингодателю как обеспеченному кредитору преимуществ перед другими кредиторами, а не стесняться возникновения такого преимущества.

3. Запрет расчета общего сальдо по нескольким лизинговым договорам приведет к дискриминации лизинговых компаний по сравнению с залоговыми кредиторами

Строго говоря, если имеет место взаимно однозначное соответствие между кредитом и залогом, каждая реализация предмета залога должна приводить либо к недостаточности стоимости для погашения долга (который следует считать необеспеченным требованием), либо к образованию излишка (superfluum), который следует возвратить должнику (абз. 2 п. 3 ст. 334 ГК РФ). При рассмотрении множества таких операций изолированно друг от друга должна возникать необходимость взыскания с залогового кредитора излишков в конкурсную массу с оставлением требований, не удовлетворенных при реализации соответствующего залогового имущества, в реестре в качестве необеспеченных.

На деле ничего подобного не происходит.

С одной стороны, банки имеют и используют возможность установить в договорах такой режим, который признает всю залоговую массу обеспечением всей совокупности требований.

С другой стороны, при определении порядка реализации заложенного имущества весьма распространен принцип продажи "единым лотом". При этом возможность компенсации низкой ликвидности одних активов за счет высокой ликвидности других активов признается не пороком конструкции, а ее преимуществом.

Очевидно, с экономической точки зрения эти два инструмента (единство залоговой массы и продажа "единым лотом") приводят точно к такому же сальдированию и препятствуют искусственному образованию излишков, подлежащих взысканию в пользу конкурсной массы.

Если признать расчет общего сальдо по нескольким договорам лизинга недопустимым, то будет нарушен конституционный принцип равенства, из которого вытекает запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания, т.е. запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях (постановления КС РФ от 15.06.2006 № 6-П, от 28.05.2010 № 12-П).

4. Совокупность актов лизингового финансирования под вещное обеспечение правами на совокупность активов следует рассматривать в качестве взаимосвязанных сделок

В определении от 03.04.2017 говорится об отсутствии связи между договорами лизинга. Между тем наличие или отсутствие такой связи должно проверяться для целей разрешения данного дела исходя из тех же критериев, по которым оценивалась бы взаимосвязанность сделок при их оспаривании по мотивам отсутствия должного одобрения при выявлении признаков крупной сделки.

Сделки, описанные в начале данной публикации, практически гарантированно были бы признаны взаимосвязанными при рассмотрении иска о признании недействительными ввиду отсутствия одобрения (см. подп. 4 п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 о крупных сделках и сделках с заинтересованностью). В практике Президиума ВАС РФ были решения, которыми в качестве взаимосвязанных рассматривались сделки, совершенные в течение периода, превышающего полтора года.

Коль скоро это так, то и в данном случае договоры взаимосвязаны. Кредитор (лизингодатель) несколькими траншами предоставил должнику (лизингополучателю) финансирование в общей сумме, возвратность которой обеспечивается единой имущественной массой. Все те же самые операции вполне могли быть совершены в рамках одного договора. Ведение документооборота по принципу "один договор – одна вещь" обусловливается исключительно соображениями удобства бухгалтерского и налогового учета и никак не связано с защитой или нарушением интересов сторон и третьих лиц. Произвольная (с точки зрения существа отношений) разбивка этой системы обязательств на отдельные составляющие с вычленением промежуточных финансовых результатов противоречит экономической сути хозяйственных связей.

staging.zakon.ru

Общее сальдо встречных обязательств по нескольким договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя

24 апреля Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ рассмотрит вопрос о допустимости расчета общего сальдо встречных обязательств по нескольким невзаимосвязанным договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя.

Фактические обстоятельства

Между ЗАО "ШРЕИ Лизинг" (лизингодателем) и ЗАО "Гортехпроектпоставка" в период с 17.04.2013 по 15.07.2013 заключено семь договоров лизинга. По этим договорам ЗАО "ШРЕИ Лизинг" приобрело и в период с мая по сентябрь 2013 г. передало ЗАО "Гортехпроектпоставка" четыре экскаватора, трактор, гидромолот и стационарный бетонный насос.

Впоследствии все договоры расторгнуты, в октябре 2014 г. имущество возвращено.

01.04.2015 ЗАО "Гортехпроектпоставка" признано банкротом.

В октябре 2015 г. ЗАО "Гортехпроектпоставка" обратилось в суд с иском о взыскании почти 6,3 млн руб. сальдо встречных обязательств согласно п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 о выкупном лизинге (дело № А40-188536/15-112-1518).

Согласно расчетам судов, после расторжения договоров и изъятия имущества сальдо по четырем договорам сложилось в пользу лизингополучателя (округленно 1,2 млн руб.), по трем – 1 млн руб. в пользу лизингодателя, общее сальдо по семи договорам – 0,2 руб. в пользу лизингополучателя. (Само по себе соотношение требований лизингополучателя (6,3 млн руб.) и расчетов судов (0,2 млн руб.) очень показательно.) Именно в этой сумме общее сальдо взыскано с лизингодателя в пользу лизингополучателя. Апелляционный и кассационный суд оставили решение первой инстанции без изменений.

Вопрос, поставленный перед Судебной коллегией

Определением судьи С.В.Самуйлова от 03.04.2014 № 305-ЭС16-20304 для рассмотрения в заседании Коллегии по экономическим спорам передана жалоба ЗАО "Гортехпроектпоставка" на акты по данному делу.

Основной довод, указанный в определении в качестве мотива пересмотра дела, – требования по каждому из семи не связанных между собой договоров должны рассматриваться как самостоятельные вне зависимости от факта их объединения в одно производство. Действия судов по арифметическому расчету требований по своей правовой природе являются зачетом и регулируются ст. 410 ГК РФ. Зачет произведен без учета запрета с даты возбуждения в отношении одной из сторон дела о банкротстве зачета встречного однородного требования и предпочтительного удовлетворения требований одних кредиторов одной очереди перед другими.

Данный довод видится крайне неоднозначным ввиду следующих соображений:

1. Выведение общего сальдо не является зачетом по смыслу ст. 410 ГК РФ

Центральная идея зачета как способа прекращения обязательства – это возможность добиться подобного эффекта односторонним волеизъявлением.

Выведение судом общего сальдо по итогам реализации всей имущественной массы, служащей обеспечением интересов по погашению суммарной задолженности лизингополучателя (должника) перед лизингодателем (кредитором) нельзя признать ни собственно зачетом. Сальдирование осуществляется не односторонним волеизъявлением участника гражданских отношений (признак зачета), а судом.

2. Преимущество, достигаемое лизингодателем (кредитором) при выведении общего сальдо по нескольким договорам, соответствует природе отношений как обеспечительной конструкции

Существо всякой вещной обеспечительной конструкции составляет предоставление кредитору имущественного резерва, за счет которого он может удовлетворить свои требования к должнику преимущественно перед другими кредиторами этого должника. Получение такого преимущества – это не порок конструкции, а ее единственное назначение в гражданском обороте. Попытка устранить это свойство конструкции как ее порок приведет к утрате конструкцией ее обеспечительной функции и в конечном счете – к лишению данного инструмента всякого экономического смысла.

Лизинг – это предоставление должнику финансирования под обеспечение в виде прав на приобретаемый лизингодателем (кредитором) для лизингополучателя (должника) актив (это еще раз подтверждено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 23.03.2017 № 307-ЭС16-3765 (4,5)). Поэтому к такой операции (особенно при банкротстве должника) нужно подходить с позиций необходимости предоставления лизингодателю как обеспеченному кредитору преимуществ перед другими кредиторами, а не стесняться возникновения такого преимущества.

3. Запрет расчета общего сальдо по нескольким лизинговым договорам приведет к дискриминации лизинговых компаний по сравнению с залоговыми кредиторами

Строго говоря, если имеет место взаимно однозначное соответствие между кредитом и залогом, каждая реализация предмета залога должна приводить либо к недостаточности стоимости для погашения долга (который следует считать необеспеченным требованием), либо к образованию излишка (superfluum), который следует возвратить должнику (абз. 2 п. 3 ст. 334 ГК РФ). При рассмотрении множества таких операций изолированно друг от друга должна возникать необходимость взыскания с залогового кредитора излишков в конкурсную массу с оставлением требований, не удовлетворенных при реализации соответствующего залогового имущества, в реестре в качестве необеспеченных.

На деле ничего подобного не происходит.

С одной стороны, банки имеют и используют возможность установить в договорах такой режим, который признает всю залоговую массу обеспечением всей совокупности требований.

С другой стороны, при определении порядка реализации заложенного имущества весьма распространен принцип продажи "единым лотом". При этом возможность компенсации низкой ликвидности одних активов за счет высокой ликвидности других активов признается не пороком конструкции, а ее преимуществом.

Очевидно, с экономической точки зрения эти два инструмента (единство залоговой массы и продажа "единым лотом") приводят точно к такому же сальдированию и препятствуют искусственному образованию излишков, подлежащих взысканию в пользу конкурсной массы.

Если признать расчет общего сальдо по нескольким договорам лизинга недопустимым, то будет нарушен конституционный принцип равенства, из которого вытекает запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания, т.е. запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях (постановления КС РФ от 15.06.2006 № 6-П, от 28.05.2010 № 12-П).

4. Совокупность актов лизингового финансирования под вещное обеспечение правами на совокупность активов следует рассматривать в качестве взаимосвязанных сделок

В определении от 03.04.2017 говорится об отсутствии связи между договорами лизинга. Между тем наличие или отсутствие такой связи должно проверяться для целей разрешения данного дела исходя из тех же критериев, по которым оценивалась бы взаимосвязанность сделок при их оспаривании по мотивам отсутствия должного одобрения при выявлении признаков крупной сделки.

Сделки, описанные в начале данной публикации, практически гарантированно были бы признаны взаимосвязанными при рассмотрении иска о признании недействительными ввиду отсутствия одобрения (см. подп. 4 п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 о крупных сделках и сделках с заинтересованностью). В практике Президиума ВАС РФ были решения, которыми в качестве взаимосвязанных рассматривались сделки, совершенные в течение периода, превышающего полтора года.

Коль скоро это так, то и в данном случае договоры взаимосвязаны. Кредитор (лизингодатель) несколькими траншами предоставил должнику (лизингополучателю) финансирование в общей сумме, возвратность которой обеспечивается единой имущественной массой. Все те же самые операции вполне могли быть совершены в рамках одного договора. Ведение документооборота по принципу "один договор – одна вещь" обусловливается исключительно соображениями удобства бухгалтерского и налогового учета и никак не связано с защитой или нарушением интересов сторон и третьих лиц. Произвольная (с точки зрения существа отношений) разбивка этой системы обязательств на отдельные составляющие с вычленением промежуточных финансовых результатов противоречит экономической сути хозяйственных связей.

zakon.ru

Верховный Суд рассмотрит второе дело о допустимости расчета общего сальдо встречных обязательств по нескольким договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя

В Коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ передано уже второе дело по вопросу возможности определения сальдо встречных обязательств по нескольким договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя (Определение о передаче 15 сентября 2017 года по делу №306-ЭС17-5704). Заседание коллегии назначено на 07 ноября 2017 года.

Суть спора:

Между лизинговой компанией и лизингополучателем заключено девять договоров лизинга, в связи с просрочкой договоры расторгнуты, предметы лизинга изъяты.

В отношении лизингополучателя открыто конкурсное производство и конкурсный управляющий предъявил иск лизинговой компании о взыскании 16 млн. рублей - суммы неосновательного обогащения, определенной по правилам Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Суд первой инстанции, рассчитав сальдо встречных обязательств по всем девяти договорам лизинга, пришел к выводу, что по пяти договорам сальдо сложилось в пользу лизингодателя в общем размере 1,8 млн. руб., а по другим четырем - в пользу лизингополучателя в размере 0,6 млн. руб.  

Указывая на наличие общего долга по всем девяти договорам в размере 1,2 млн. руб., лизинговая компания просила в иске отказать.

Истец, ссылаясь на правила о недопустимости зачета после введения наблюдения (абзац 7 пункта 1 статьи 63 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), говорил о невозможности учета его долга при рассмотрении иска и просил требования удовлетворить в размере 0,6 млн. руб.

Суд первой инстанции согласился с позицией лизингополучателя и удовлетворил иск. Апелляционный суд оставил решение без изменения.

Арбитражный суд Поволжского округа с принятыми судебными актами не согласился, отменил судебные акты и отказал в удовлетворении иска. В постановлении окружной суд указал что определение завершающей обязанности по договорам лизинга не является зачетом встречных однородных требований по смыслу статьи 410 ГК РФ и завершающая обязанность по невыполненным обязательствам по девяти договорам лизинга лежит на лизингополучателе (истце).

Однако Верховный Суд с этими выводами не согласился, определением от 15.09.2017  для рассмотрения в заседании Коллегии по экономическим спорам передана жалоба конкурсного управляющего. Основанием для пересмотра дела указаны доводы жалобы управляющего о том, что требования по девяти договорам должны рассматриваться отдельно и недопустимости зачета после введения наблюдения.

Проблема:

Это уже второе определение Верховного Суда по вопросу расчета сальдо встречных обязательств по нескольким договорам лизинга при банкротстве лизингополучателя.  В определении от 02 мая 2017 года №305-ЭС16-20304 Верховный Суд уже прямо указал что установление разности между объемами встречных денежных обязательств по договорам лизинга является зачетом, регулируется статьей 410 ГК РФ и такой зачет противоречит законодательству о банкротстве.

Определение от 02 мая 2017 года вызвало массу споров, так, Сергей Громов писал, что такая позиция Верховного Суда является неоднозначной, не учитывает обеспечительный характер лизинга и приводит к дискриминации лизинговый компаний по сравнению с залоговыми кредиторами. А.В. Егоров, комментируя его, также не разделил мнение Верховного Суда (Вебинар «Лизинг и банкротство»// www.lextorium.ru).

На первый взгляд, запрет кредитору после введения наблюдения получать удовлетворение вперед других кредиторов, выглядит оправданно и направлен на учет интересов всех кредиторов.

Однако в данном случае ситуация доведена до другой крайности, лизинговая компания, являясь кредитором (потенциальным кредитором), не просто не получает преимущественное удовлетворение, она должна отдать в конкурсную массу живые деньги, а свой долг, который в два раза больше, включить в реестр требований.

Такая ситуация выглядит довольно странно, исходя из Закона о банкротстве кредитор - это "пострадавшее лицо", интересы которого закон и призван защитить, а при таком подходе эта задача не выполняется.

Нужно отметить, что законодательство знает случаи исключения в части запрета зачета при банкротстве. Так, Федеральным законом от 07.02.2011 №8-ФЗ внесены изменения, согласно которым правила о запрете зачета не применяются в отношении обязательств, возникающих из финансовых договоров (п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве). Такие обязательства, вне зависимости от количества заключенных договоров, прекращаются в предусмотренном для них порядке и в итоге определяется размер одного нетто - обязательства (ст. 4.1 Закона о банкротстве).

Такое же регулирование могло бы и должно быть предусмотрено и для лизинговых договоров, а сейчас, при его отсутствии, Верховный Суд мог бы направить законодателя в нужном направлении.

zakon.ru

Сальдо встречных обязательств в реестре лизингополучателя-банкрота после включения в реестр лизинговых платежей

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа отправил на новое рассмотрение дело по заявлению лизинговой компании об изменениии размера требований, включенных в реестр лизингополучателя, в связи с расторжением договоров лизинга и определении сальдо встречных обязательств (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа по делу №А32-39155/2014 от 18.07.2017)

В 2012 году между лизингодателем и лизингополучателем было заключено пять договоров лизинга.

Лизингополучатель допустил просрочку в уплате лизинговых платежей, вследствие чего лизингодатель обратился в суд с требованием о расторжении договоров лизинга, взыскании задолженности и изъятии предметов лизинга. Арбитражный суд города Москвы удовлетворил требования лизингодателя в полном объеме.

В 2015 году в отношении лизингополучателя введена процедура наблюдения. Требования лизинговой компании по оплате лизинговых платежей и неустойки в размере 13 776 251, 82 руб. включены в реестр требований. После чего предметы лизинга были изъяты.

В связи с этим, лизингодатель обратился в суд с заявлением об изменении (уменьшения до 1 169 300,06 руб.) размера включенных требований в связи с тем, что договоры лизинга были расторгнуты, а предметы лизинга изъяты, что вызвало необходимость определения завершающей обязанности.

Лизингодатель ссылался на то, что в настоящее время указанные договоры лизинга расторгнуты, а лизинговое имущество изъято из владения и пользования должника, что повлекло изменение во взаимных имущественных обязательствах сторон, а отраженный в реестре требований кредиторов размер задолженности недостоверен и подлежит изменению.

Суд первой инстанции, поддержанный судом апелляционной инстанции, отказал в изменении требований, указав, что лизингодатель не выразил волю на исключение требований из реестра, а заявленные требования направлены на отражение задолженности в реестре в определенной сумме с учетом новых обстоятельств.

Суд кассационной инстанции отправил дело на новое рассмотрение отметив, что расторжение договора лизинга не является новым обстоятельством, а лизингодатель по существу просил уменьшить размер его требований после определения сальдо встречных обязательств в рамках настоящего дела.

Определение сальдо встречных обязательств в реестре лизингополучателя - банкрота при наличии определения о включения в реестр требований задолженности по лизинговым платежам неоднозначный вопрос.

С одной стороны, имеется вступившее в силу определение (на что указывали суды в этом деле). С другой, есть требования ст. 16 Закона о банкротстве о том, что сведения в реестре должны быть достоверными и положения п. 13 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 о том, что к реестровым требованиям относятся требования лизингодателя к лизингополучателю, основанные на сальдо встречных обязательств.

В обычном случае, у лизинговой компании отсутствует интерес в уменьшении своих требований в реестре после изъятия предмета лизинга, и, видимо поэтому, мы не обнаружили судебной практики, где бы решался подобный вопрос.

Однако, изменение размера требований, включенных в реестр может использоваться как превентивная мера против исков лизингополучателя или его цессионария о взыскании сальдо встречных обязательств. Подобное установление сальдо в реестре лизингополучателя - банкрота исключает все последующие иски к лизинговой компании.

Возможность определения сальдо встречных обязательств и после того как в реестр включены лизинговые платежи следует из п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве, который предусматривает возможность исключения сведений из реестра требований кредиторов на основании судебного акта, п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, согласно которому расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой, и указанного выше п. 13 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63.

Также возможность подобного «пересмотра» определений о включении в реестр подтверждается пунктами 2, 3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя". В этих разъяснениях предусмотрено вынесение судом определения о внесении изменений в реестр требований в связи с физической гибелью предмета залога или по иным основаниям, наступившим после вынесения судом определения об установлении требований залогового кредитора.

zakon.ru

Расторжение договора лизинга

развернуть все свернуть все

Когда надо обязательно идти в суд?

В суд надо идти, когда адвокаты по лизингу советуют вам об этом, ориентируясь на определенную правовую позицию по делу. Вознаграждение адвокатов должно зависеть от успеха разрешения вашего дела в суде.В суд нужно идти и тогда, когда это предусмотрено стратегией защиты ваших прав и даже необязательно, что вы выиграете суд, но куда более ценно иногда бывает выиграть время, которое затрачивается на судебный спор с лизингодателем.  В данном случае, нормальным признается оплата вознаграждения адвокатов по фиксированной ставке.

Что выгоднее: судебное или досудебное разрешение конфликта?

В зависимости от позиции. Досудебное разрешение конфликта, бесспорно, быстрее и дешевле. Но не всегда выгоднее экономически для лизингополучателя, так как в досудебном порядке вы практически никогда не договоритесь с лизингодателем о выплате вам неустойки или реальных убытков. Для разрешения этого вопроса следует просчитать всевозможные варианты (как с точки зрения права, так и экономики) и выбрать правильный способ защиты своих прав.

Стоит ли прятать лизинговое имущество от лизингодателя через заключение различных сделок, если у вас имеется спор с лизингодателем?

На практике, подобного рода сделки успешно оспариваются лизингодателями. Однако  имеется и положительный опыт, который может быть применим только к некоторым объектам (предметам) лизинга.

Как доказать, что лизингодатель неосновательно обогатился за счет лизингополучателя?

В 99% случаях доказывать данное обстоятельство приходится в суде с привлечением экспертных оценок. На досудебной стадии возможно сделать предварительный расчет по формуле, приведенной в постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга"

Есть ли способы защиты в том случае, когда правда на стороне лизингодателя?

Приведу лишь некоторые возможности для лизингополучателей при нарушении договора лизинга: 1) встречный иск с расчетом сальдо встречных обязательств 2) уменьшение судом неустойки, исчисленной лизингодателем (практика показывает, что такое уменьшение происходит в подавляющем большинстве случаев) 3) защита в рамках исполнительного производства.

Как подсчитать выкупную стоимость лизингового имущества, если она не указана в договоре лизинга?

Один из способов подсчета выкупной стоимости – это проведение независимой оценочной экспертизы лизингового имущества на дату его изъятия и/или продажи третьему лицу. Существует и другие методики расчета.

Надо ли возвращать лизинговое имущество при получении такого требования от лизинговой компании?

Не всегда. В зависимости от экономической целесообразности, причин и правовых последствий, которую могут наступить для лизингополучателя. Положительная практика по данному поводу уже наработана.

Что делать, если нет возможности далее выплачивать лизинговые платежи?

Мы рекомендуем всесторонне проанализировать правовые и экономические последствия. В зависимости от позиции либо обратиться к лизингодателю с новым предложением, либо умышленно нарушить условия договора лизинга, влекущие его расторжение, так как расторгнуть договор лизинга в одностороннем порядке нельзя (запрещено законом), а в суде понимание такая позиция лизингополучателя находит крайне редко.

Возвращается ли аванс при расторжении договора лизинга?

Аванс возвращается в некоторых случаях (например, не выполнение лизингодателем обязательств по передачи предмета лизинга по договору лизинга). Чаще всего, в договорах лизинга указано, что аванс учитывается в качестве первого лизингового платежа после передачи предмета лизинга лизингополучателю. В данной ситуации, судебная практика не на стороне лизингополучателя, денежные средства необходимо возвращать через другие правовые механизмы. Каждый такой случай требует отдельного исследования.

Как вернуть выкупную стоимость по договору выкупного лизинга?

Вернуть выкупную стоимость по договору лизинга возможно с помощью судебной защиты. На практике, лизингодатель самостоятельно в добровольном порядке не возвращает такие платежи, в прочем, как и авансовые. Необходимо также оценить все обстоятельства и правовую позицию, прежде чем обращаться в суд, так как есть несколько способов защиты своих прав, как у лизингополучателей, так и у лизингодателей.  

Что делать, если лизингодатель расторг договор лизинга и изъял имущество?

Первое, что необходимо сделать – оценить правовые основания для расторжения договора лизинга и изъятия имущества. Например, было ли надлежащее уведомление лизингополучателя с требованием о погашении задолженности по договору лизинга, о предстоящим изъятии предмета лизинга (как правило, в договорах лизинга , возврат лизингового имущества возлагается на лизингополучателя). Проанализировать, какие договорные нормы приводит в обоснование лизингодатель.Второе – это сравнить сальдо встречных обязательств. Если у лизингополучателя возникают вопросы по первому или по второму пунктам, то обязательно обратиться к адвокату по лизингу.

xn--c1ahcbmkfjbh7iob.xn--p1ai


Смотрите также