Договор международного лизинга


Договор о международном лизинге - образец 2018 года. Договор-образец.ру

Сохраните этот документ у себя в удобном формате. Это бесплатно.

ДОГОВОР О МЕЖДУНАРОДНОМ ЛИЗИНГЕ №

г.

«» г.

в лице , действующего на основании , именуемый в дальнейшем «Арендодатель», с одной стороны, и в лице , действующего на основании , именуемый в дальнейшем «Арендатор», с другой стороны, именуемые в дальнейшем «Стороны», заключили настоящий договор о том, что по просьбе Арендатора Арендодатель соглашается поставить оборудование Арендатору на условиях лизинга в соответствии с нижеприведенными сроками и условиями. В связи с этим стороны договариваются о следующем:
Статья 1. Арендуемое оборудование

Арендодатель соглашается сдать в аренду Арендатору оборудование в соответствии со спецификацией и техническим описанием, указанным в п. 1 Приложения к договору, которое составляет неотъемлемую часть настоящего договора о лизинге (в дальнейшем - Приложение). Передача оборудования осуществляется на сроки, изложенные в Приложении.

Предусмотренные в Приложении сроки являются обязательными для выполнения договаривающимися сторонами.

Статья 2. Сроки

Первоначальным сроком, согласованным в настоящем договоре, то есть сроком, в течение которого согласно данному договору берущий в лизинг пользуется объектом лизинга, является период, указанный в п. 5

Приложения. Действие первоначального срока начинается с даты подписания Акта приемки оборудования в эксплуатацию.

Статья 3. Арендные платежи

Арендатор обязуется точно уплачивать Арендодателю платежи за оборудование, количество, способ, валюта и адрес которых оговорены в п. 7 Приложения. График выплаты платежей является составной частью договора и распространяется на все платежи Арендатора без исключения.

Статья 4. Возобновление договора

Если Арендатор не менее чем за месяца до истечения первоначального срока договора уведомит Арендодателя о своем намерении возобновить настоящий лизинговый договор и если до этого времени и до окончания первоначального срока не будет нарушений условий договора со стороны Арендатора, Арендодатель продолжает сдавать в аренду оборудование Арендатору на тех же условиях. При этом:

а) срок возобновления лизинга будет действовать в течение года начиная непосредственно с даты окончания первоначального срока, за исключением случаев, которые письменно оговорены сторонами;

б) арендная плата вносится в размере, предусмотренном в п. 8

Приложения;

в) амортизация оборудования будет оцениваться в соответствии с п. 10 Приложения.

Статья 5. Поставка оборудования

5.1. Арендатор обязуется проверить оборудование и подписать Акт приемки оборудования в эксплуатацию, подготовленный Арендодателем, не позднее даты, оговоренной в п. 4 Приложения.

5.2. Арендатор может начать использовать оборудование в соответствии с условиями настоящего договора начиная с даты подписания Акта приемки оборудования в эксплуатацию:

5.3. а) если Арендатор обнаруживает какие-либо дефекты в оборудовании или у него возникают какие-либо претензии в отношении оборудования, он должен немедленно уведомить об этом Арендодателя, отразить претензии в Акте приемки в эксплуатацию, точно определив дефекты. Арендодатель не несет ответственности за такие дефекты;

б) если Арендатору не удается уведомить Арендодателя в соответствии с п. 5.3 "а" настоящей статьи, Арендодатель может считать, что оборудование передано в безупречном состоянии и у Арендатора не возникнет претензий по этому поводу в будущем.

5.4. В соответствии с настоящим договором Арендодатель обязуется вступить в соглашение с Продавцом для того, чтобы оборудование было доставлено Арендатору в ожидаемый день передачи согласно п. 4

Приложения. Если Арендодателю не удается договориться с Продавцом о поставке, Арендодатель должен уведомить об этом Арендатора и проработать с ним возможность замены Продавца. Если Арендодатель и Арендатор не в состоянии урегулировать этот вопрос в течение 14 дней после вышеупомянутого уведомления, Арендодатель, равно как и Арендатор, имеет право расторгнуть настоящий договор, после чего договор считается недействительным и ни одна из сторон не будет нести ответственности и не будет иметь никаких претензий к другой стороне.

Статья 6. Дефекты оборудования

6.1. Арендатор, самостоятельно выбрав оборудование для своего пользования, этим признает, что Арендодатель не несет ответственности за задержки в доставке или за поставку Продавцом оборудования, а также за любые дефекты, связанные с качеством или пригодностью оборудования или любой его части или частей для эксплуатации.

6.2. В случае, если Арендатор несет убытки из-за задержки в поставке или ввиду непоставки оборудования либо из-за наличия дефектов в оборудовании, а Арендатор уже подписал Акт приемки оборудования в эксплуатацию в соответствии с п. 5.1 настоящего договора, Арендодатель может переуступить Арендатору свои права (включая вытекающие расходы) по взысканию компенсации с Продавца за ущерб. Стороны договариваются о том, что Арендодатель самостоятельно не выставляет претензий Продавцу.

6.3. Если не существует никаких специальных соглашений с Продавцом о скрытых дефектах оборудования, то положения предыдущих пунктов настоящей статьи относятся также и к скрытым дефектам оборудования.

6.4. Исключаются любая ответственность Арендодателя и любые права и привилегии Арендатора относительно условий, гарантий или претензий в отношении состояния оборудования или состояния его качества, его пригодности для тех целей, для которых оно берется в аренду в рамках настоящего договора, либо в рамках предшествующего договора, либо в устных или письменных заявлениях, сделанных от имени или в интересах какой-либо стороны в ходе переговоров, а которых Арендатор или его представители были задействованы. Арендодатель не несет никакой ответственности за потери, ущерб или повреждение оборудования, независимо от того, является ли такой дефект явным или скрытым. Арендодатель не обязан отвечать по претензиям, выдвинутым против Арендатора третьей стороной за потери, ущерб или повреждения.

6.5. Ни Продавец, ни какой-либо дилер, а также ни один человек из персонала фирм Продавца или дилера не могут рассматриваться как агенты Арендодателя или лица, действующие от его имени. Арендодателю не может приписываться ответственность ни при каких условиях, связанных с гарантиями и протестами, сделанными Продавцом, дилером или лицом из штата фирм Продавца или дилера.

Статья 7. Охрана и использование оборудования

7.1. Если Арендодатель поручает Арендатору приделать бирки, пластинки или другие отличительные знаки на оборудование для обозначения его принадлежности Арендодателю, Арендатор должен немедленно и за свой счет выполнить это поручение.

7.2. Арендодатель должен организовать доставку (но за счет Арендатора) оборудования по адресу, оговоренному в п. 3 Приложения.

Арендатор не имеет права без предварительного письменного разрешения Арендодателя перевозить оборудование в другое место. Арендатор должен четко информировать Арендодателя о любых изменениях в своем адресе, а также о новом местонахождении оборудования в связи со сменой своего адреса. В случае невыполнения Арендатором этого условия он обязан компенсировать все расходы (включая полную компенсацию возможных судебных издержек), понесенные Арендодателем или его представителями в процессе установления местонахождения оборудования.

7.3. Арендатор обязуется добросовестно относиться к оборудованию как в отношении сроков и методов использования, так и отношении содержания оборудования. Арендатор обязуется за свой счет выполнять все необходимые регистрационные, лицензионные и другие требования, предъявляемые к использованию оборудования, подчиняться всем регулирующим правилам и инструкциям государственных и других компетентных административных органов, а также законодательным актам, правилам и постановлениям органов местной власти, действующим во время срока лизинга (аренды) и имеющим отношение к хранению, использованию и содержанию оборудования.

7.4. Арендатор должен обезопасить Арендодателя от потери при порчи оборудования или любой его части вне зависимости от того, чем это вызвано и является ли нанесенный ущерб результатом умышленных действий, недосмотра или халатности Арендатора.

7.5. Арендатор должен обезопасить Арендодателя от любых издержек, жалоб, требований и претензий, которые могут быть предъявлены Арендодателю по поводу любого ущерба или повреждений, получаемых человеком или группой людей в процессе размещения, хранения, содержания и/или использования оборудования.

Статья 8. Расходы по содержанию оборудования

Арендатор должен постоянно за свой счет:

а) точно следовать рекомендациям Производителя оборудования по использованию, обслуживанию и содержанию оборудования;

б) проводить регулярную и тщательную проверку оборудования;

в) поддерживать оборудование в надлежащем состоянии и заменять все поврежденные части частями, поставленными или рекомендованными Продавцом. Замена частей также возможна на основе предварительного письменного разрешения Арендодателя. При невыполнении этого условия Арендодателю разрешается вступить во владение оборудованием для выполнения ремонта, а Арендатор должен возместить ему полную стоимость ремонта. До полного возмещения стоимости ремонта Арендодатель имеет право наложить арест на оборудование, что не исключает уплаты Арендатором положенных арендных платежей;

г) обеспечить правильное использование оборудования специалистами в данной области;

д) пунктуально оплачивать все виды работ по обслуживанию оборудования и его ремонту, а также приобретать запасные и комплектующие части. Не допускать ситуации, чтобы на оборудование могли быть наложены арест или другие правовые санкции;

е) пунктуально вносить все регистрационные сборы, лицензионные платежи, выплачивать налоги, а также нести другие расходы по обслуживанию, его хранению и использованию. По требованию Арендодателя Арендатор предоставляет квитанции по платежам. Если Арендатор допустит невыполнение обязательств по этому пункту, Арендодатель вправе обязать Арендатора немедленно покрыть всю или часть задолженности.

Статья 9. Изменения в оборудовании

9.1. Без письменного согласия Арендодателя Арендатор не может вносить никакие дополнения в оборудование или изменять его, а также вносить изменения в режим работы, функции или качество оборудования.

9.2. Если Арендатор все-таки внес какие-либо дополнения в оборудование или изменил его с целью улучшения без предварительного письменного согласия Арендодателя, Арендатор должен по первому требованию Арендодателя убрать произведенные изменения и восстановить оборудование в его первоначальном состоянии за свой счет.

9.3. Любые дополнения, улучшения или изменения в оборудовании (независимо от того, согласен был на эти действия Арендодатель или нет) считаются частью оборудования.

Статья 10. Крепление оборудования в помещениях

10.1. Без письменного согласия Арендодателя Арендатор не должен прикреплять оборудование каким-либо способом к помещениям, где оно содержится и используется, или к любой другой недвижимой собственности.

10.2. Если Арендатор просит разрешения у Арендодателя в отношении предыдущего пункта данной статьи, то он должен представить Арендодателю от владельца этих помещений или недвижимой собственности письменное соглашение или сертификат. В нем заверяется, что владелец не будет рассматривать оборудование как постоянную принадлежность этих помещений или недвижимой собственности, а также что арендуемое оборудование остается и будет оставаться собственностью Арендодателя.

Арендатор отвечает за ущерб, нанесенный зданию или земле при креплении оборудования или при его размонтировании (независимо от того, кем будет производиться крепление или съемка оборудования Арендатором или Арендодателем). Арендатор должен оградить Арендодателя от всяких претензий по этому поводу.

10.3. Арендатор гарантирует Арендодателю, что он будет должным образом и пунктуально вносить рентные платежи, уплачивать налоги на недвижимость и оплачивать другие расходы по использованию помещений, где размещается, хранится и/или эксплуатируется оборудование. По требованию Арендодателя Арендатор должен предъявлять все документы по указанным платежам.

Статья 11. Запрещение передачи оборудования

11.1. Арендатор признает, что оборудование является собственностью Арендодателя и право собственности на оборудование после его приемки будет оставаться у Арендодателя. Арендатор не имеет никакого другого права, кроме права Арендатора на его использование.

Арендатор не будет пытаться продать, передать или каким-либо другим образом переразместить оборудование или посягать на собственность Арендодателя.

Арендатор не должен пересылать и допускать отправку оборудования из страны Арендатора, а также перерегистрацию оборудования в других регистрационных центрах без предварительного письменного согласия Арендодателя. Оборудование может быть зарегистрировано под именем Арендатора как получателя права на регистрацию оборудования, но в регистрационной книге всегда должна быть подчеркнута собственность Арендодателя на оборудование на период аренды для осуществления его преимущественного права на оборудование, независимо от того, на чье имя оно зарегистрировано. Арендатор обязан передать Арендодателю форму регистрационной карточки, должным образом подписанную.

Регистрационная книга хранится у Арендодателя в течение всего периода аренды. Арендатор не должен допускать, чтобы оборудование было передано или использовать каким-либо третьим лицом. Если такое произойдет, Арендатор обязан немедленно уведомить об этом Арендодателя и за свой счет вернуть оборудование Арендодателю.

11.2. Если право собственности Арендодателя берется под сомнение или нарушается в течение срока аренды и если это результат действий Арендатора, последний берет на себя все расходы по устранению имеющихся к нему претензий в этой области.

11.3. Арендатор не имеет права:

а) продавать, передавать, сдавать внаем, закладывать оборудование, а также делить его с кем-либо или допускать арест оборудования. В случае любого нарушения Арендатором данного пункта Арендодатель будет иметь право (но необязательно им воспользуется) заплатить любой третьей стороне сумму, необходимую для освобождения оборудования от долговых обязательств, закладных или от права ареста имущества до уплаты долга, и немедленно взыскать эту сумму с Арендатора;

б) продавать, закладывать, сдавать в аренду, сдавать внаем или каким-либо другим образом использовать землю или здание, где хранится оборудование, без предварительного уведомления Арендодателя в письменной форме Арендатор должен обеспечит право Арендодателя в любое время снова вступить во владение оборудованием (независимо от того, закреплено оборудование или любая его часть в здании или на земле).

Статья 12. Инспектирование

Арендатор предоставляет полное и безоговорочное право агентам и служащим Арендодателя или другим лицам, наделенным такими правами, в любое разумное время посетить здания, где содержится и/или используется оборудование, с целью его проверки и осмотра.

Статья 13. Утрата или повреждение оборудования

13.1. Арендатор начиная с даты подписания Акта приемки оборудования в эксплуатацию признает и обязуется принять на себя риск повреждения оборудования или любой его части независимо от того, чем это вызвано (за исключением износа и амортизации оборудования в процессе его эксплуатации в соответствии с условиями данного договора).

13.2. В случае гибели или повреждения оборудования Арендатор за свой счет и по выбору Арендодателя должен немедленно:

а) заменить оборудование аналогичным оборудованием в приемлемом для эксплуатации состоянии;

б) восстановить оборудование и поддержать его в хорошем состоянии и работающем режиме.

13.3. В случае, если все оборудование испорчено или стало непригодным, Арендатор должен по требованию Арендодателя немедленно перечислить последнему все предусмотренные п. 9 Приложения, но невыплаченные амортизационные отчисления.

13.4. При возникновении ситуации, описанной в п. 2 данной статьи, настоящий договор остается в полной силе и продолжает действовать без каких-либо поправок. Арендные платежи в этом случае будет уплачиваться в полной сумме.

13.5. В случае ситуации, описанной в п. 3 данной статьи, настоящий договор теряет силу после полной уплаты всех положенных амортизационных отчислений, и с этого момента ни одна из сторон не может иметь претензий к другой стороне. Исключение составляют претензии сторон, возникшие ранее.

13.6. В случае ситуации, описанной в п. 3 данной статьи и после полной выплаты оговоренных амортизационных отчислений Арендодатель обязуется передать Арендатору право собственности на оборудование в его существующем состоянии вместе с правовыми претензиями, если таковые имеются против третьей стороны. Тем самым Арендодатель снимает с себя ответственность за состояние, функционирование и качество оборудования.

Статья 14. Страхование

14.1. Арендодатель по своему усмотрению страхует оборудование в выбранной им страховой компании от своего имени, но за счет Арендатора. Страховка оформляется одновременно с подписанием Акта приемки оборудования в эксплуатацию. Страховое обязательство имеет силу на протяжении всего срока действия настоящего договора.

14.2. Арендодатель должен по своему усмотрению определить риски, от которых оборудование будет страховаться, а страховая сумма по величине должна быть достаточной для покрытия невыплаченной части амортизационных отчислений оборудования, указанных в п. 9 Приложения.

14.3. Арендатор должен по своему усмотрению застраховаться от возможных претензий третьей стороны, возникающих при хранении и использовании оборудования. Страхование осуществляется от имени Арендодателя, но за счет Арендатора на сумму, которая устраивает Арендатора.

14.4. Арендатор должен по требованию Арендодателя немедленно внести страховые взносы по всем страховкам, предусмотренным в данной статье, равно как и по каждой возобновляемой страховке.

14.5. Арендатор может по собственному желанию за свой счет застраховать оборудование от любых рисков, помимо тех, от которых страхуется Арендодатель. Такие страховки ни в какой степени не освобождают Арендатора от обязательств, взятых на себя по настоящему договору.

14.6. Невозможность восстановления всех убытков средствами, полученными по страховкам, заключенным в соответствии с данной статьей, не освобождает Арендатора от обязательств, взятых на себя в рамках настоящего договора.

14.7. Действия Арендатора не должны приводить к нарушениям страховых обязательств, предусмотренных в данной статье.

14.8. С одобрения Арендодателя Арендатор может застраховать оборудование в своей собственной страховой компании. Однако страховой контракт должен быть составлен таким образом, чтобы в случае полной потери оборудования страховку получил Арендодатель. Арендатор в этом случае вносит страховые взносы и передает страховой полис или дубликат Арендодателю.

Статья 15. Страховые платежи

15.1. Все суммы, выплачиваемые при наступлении страховых случаев, получает Арендодатель. Арендатор назначает агента для получения сумм страховки и передачи их Арендодателю и тем самым выполняет возложенные на него обязательства.

15.2. Страховые выплаты по выбору Арендодателя могут направляться на:

- погашение расходов, вызванных случаями, описанными в п. 2

(а,б) ст. 13;

- погашение невыплаченных амортизационных отчислений или какой-то их части в соответствии с п. 3 ст. 13. В этом случае Арендатор освобождается от внесения части невыплаченных амортизационных отчислений, равной сумме страховки, полученной Арендодателем;

- компенсацию убытков, причиненных любой третьей стороне при наступлении страховых случаев.

Статья 16. Депозит или предварительно вносимая арендная плата

16.1. Арендодатель вправе одновременно с выполнением настоящего договора потребовать от Арендатора по своему усмотрению выплаты задатка (депозита) либо предварительно вносимой арендной платы, как это оговорено в п. 6 Приложения. Задаток или предварительно вносимая арендная плата будут взиматься Арендодателем следующим образом.

16.2. Если Арендодатель решает взимать депозит (задаток), то он будет его удерживать в качестве залога за должное выполнение Арендатором условий и сроков настоящего договора. Величина задатка будет оставаться постоянной в течение всего срока настоящего договора, так как задаток не является арендным платежом и в той же сумме будет возмещен Арендатору без процентной надбавки по окончании договора за исключением тех сумм, которые могут быть задолжены Арендодателю. При этом право Арендодателя на возбуждение других исков о возмещении ущерба сохраняется.

16.3. Если Арендодатель решает взимать предварительно вносимую арендную плату, то она будет им удерживаться в качестве залога за надлежащее выполнение Арендатором условий и сроков настоящего договора. Предварительно вносимая арендная плата не будет облагаться процентами и автоматически будет использоваться Арендодателем для покрытия арендных платежей в дни выплаты, утвержденные в п.6

Приложения, пока ее величина не будет исчерпана. Это условие ни в коей мере не освобождает Арендатора от внесения арендной платы, приходящейся на другие сроки, кроме тех, которые оговариваются в п. 6

Приложения.

16.4. Помимо случаев, предусмотренных в пп. 2 и 3 данной статьи, Арендодатель в случае выполнения Арендатором условий настоящего договора (включая случаи, перечисленные в ст. 21) имеет право по своему усмотрению использовать задаток или предварительно вносимую арендную плату или какую-либо их часть для компенсации нанесенного ущерба, для погашения задолженности по арендным платежам и/или амортизационным отчислениям. Пока Арендодатель в полной мере не использует свои права и не завершит лизинг оборудования, Арендатор должен по письменному требованию Арендодателя вновь внести последнему в полной сумме задаток или предварительно вносимую арендную плату (либо ту сумму, которой будет достаточно для того, чтобы задаток или предварительно вносимая арендная плата соответствовали сумме, указанной в п. 6 Приложения). Задаток или предварительно вносимая арендная плата будут использоваться в качестве гарантии должного соблюдения условий настоящего договора в соответствии с пп. 2 и 3 данной статьи.

16.5. При наличии других форм залога в дополнение к задатку и предварительно вносимой арендной плате они так же, как и вышеуказанные, будут гарантировать Арендодателю возмещение всевозможных исков, а порядок использования этих сумм будет находиться в полной и неограниченной компетенции Арендодателя.

Статья 17. Невыполнение или нарушение договорных обязательств

17.1. Если Арендатор не платит за аренду оборудования (как это установлено ст. 3), или не вносит какие-либо другие платежи в соответствии с настоящим договором, или если он не выполняет все или отдельные условия настоящего договора, или если Арендодатель по какой-либо разумной причине не считает себя гарантированным от убытков, он имеет право принять любые из следующих мер, не уведомляя предварительно Арендатора:

а) незамедлительно потребовать от Арендатора оплатить часть или полную сумму арендной платы за весь период первоначального срока, а также всю остальную задолженность в соответствии с настоящим договором;

б) вступить во владение оборудованием или потребовать его возврата;

в) расторгнуть настоящий договор и потребовать от Арендатора полной выплаты остаточной амортизации и в дополнение к этому потребовать от Арендатора компенсацию за все понесенные потери и убытки, включая упущенную выгоду.

17.2. Если Арендодатель предпринял какую-либо из мер, перечисленных в подп. "а" и "б" п. 1 данной статьи, Арендатор не освобождается от других обязательств по настоящему договору, включая обязательства по возмещению ущерба.

Статья 18. Пеня по просроченным платежам

Если Арендатор не вносит необходимые платежи в соответствии со статьями этого договора (включая, но не сводя этот пункт к арендным и другим платежам), на их суммы будет начисляться пеня в соответствии с п. 11 Приложения. Пеня будет взиматься до тех пор, пока Арендатор полностью не осуществит все платежи, включая выплату пени.

Статья 19. Запрещение переуступки прав Арендатором

Настоящий договор об аренде относится непосредственно к данному конкретному Арендатору, поэтому Арендатор не вправе переуступить свои права и обязанности любой третьей стороне.

Статья 20. Передача своих прав Арендодателем

20.1. Арендодатель может без согласия на то Арендатора, но с уведомлением его об этом передать в залог оборудование, являющееся предметом настоящего договора.

20.2. Арендодатель может без согласия Арендатора, но с уведомлением его об этом передать часть или все свои права и обязательства по настоящему договору.

20.3. Арендодатель вправе переуступить свое право на осмотр оборудования в зданиях и на территории, на которой оно хранится и используется, а также право на возврат оборудования в свое владение.

Статья 21. Прочие права Арендодателя

В случае возникновения нижеперечисленных ситуаций Арендодатель может без предварительного уведомления Арендатора осуществить любую или все меры, перечисленные в п. 1 ст. 17. При этом последствия будут аналогичны описанным в п. 2 ст. 17:

а) в случае приостановления или прекращения деятельности Арендатора или угрозы прекращения, банкротства, расторжения договора, ликвидации организации-Арендатора, или б) если в отношении Арендатора возбуждается судебный иск, или если на имущество Арендатора в обеспечение покрытия долга наложен арест (независимо от того, относится это к оборудованию или нет), или если есть судебное решение о роспуске или ликвидации Арендатора, или в) в случае вступления Арендатора в любые соглашения или сделки с кредиторами, связанными с уступками Арендатора требованиям кредиторов в их пользу, или г) если судебный иск против Арендатора остается неудовлетворенным в течение 14 дней, или д) если Арендатор отказывается от оборудования.

Статья 22. Отчет о деятельности

Арендатор по первому требованию Арендодателя должен немедленно представить ему подробный отчет, ведомости и другие документы о своем финансовом состоянии, а также информацию о месте хранения и состояния оборудования.

Статья 23. Возврат оборудования

23.1. По истечении срока действия настоящего договора или при досрочном его прекращении по любой причине Арендатор должен немедленно возвратить оборудование Арендодателю по адресу, указанному в настоящем договоре, или по любому другому адресу, определенному Арендодателем. Арендатор должен содержать оборудование в состоянии, пригодном для возврата Арендодателю или его агентам, с тем чтобы он или его агенты могли без предупреждения вступить во владение оборудованием. Для вступления во владение оборудованием Арендатор должен обеспечить возможность вступить на территорию, где оно находится или считается, что оно там должно находиться. В случае, если оборудование или любая его часть будет прикреплена к земле или зданиям, Арендодатель имеет право открепить оборудование и забрать его. Арендатор будет нести ответственность за любой ущерб, причиненный земле или зданиям при размонтировании оборудования.

23.2. Арендатор обязуется нести все расходы Арендодателя по передаче и возврату оборудования.

Статья 24. Дополнительные условия

Арендатор соглашается, что дополнительные условия, устанавливаемые в п. 12 Приложения, являются частью настоящего договора.

Статья 25. Неприменение Арендодателем санкций

Никакое полное или частичное освобождение от штрафов, отказ от применения принудительных мер, предоставление отсрочек, а также любые другие действия Арендодателя, связанные с неприменением санкций против Арендатора, не должны причинить какой-либо ущерб Арендодателю в будущем.

Статья 26. Предшествующая переписка

Настоящий договор содержит и оговаривает все условия, которых должны придерживаться стороны. После вступления договора в действие отменяются все предшествующие договоренности и взятые обязательства, как устные, так и письменные, если такие имели место между сторонами.

Статья 27. Гербовый сбор и судебные издержки

Арендатор обязуется оплачивать все судебные издержки, включая затраты на адвокатов Арендодателя, возникающие в процессе исполнения настоящего договора, а также уплачивать гербовые сборы.

Статья 28. Законодательство страны Арендатора

28.1. Настоящий договор должен во всех отношениях соответствовать законам страны Арендатора. Стороны в данной статье признают свое подчинение законодательству страны Арендатора, что обеспечивает Арендодателю возможность обратиться в любой суд в стране Арендатора для защиты своих прав и обеспечения выполнения условий настоящего договора.

28.2. Арендатор полностью ответственен за невыполнение требований, изложенных в соответствующих регулирующих актах страны Арендатора. Арендодатель не несет ответственности за ущерб, понесенный Арендатором из-за невыполнения вышеуказанных требований.

Статья 29. Уведомления

29.1. если уведомление (просьба, требование) отправляется какой-либо страной или ее адвокатом по почте заказным письмом другой стороне по адресу, согласованному заранее, в этом случае письмо считается полученным независимо от того, передано оно или нет в день доставки заказного письма обычным порядком.

29.2. Если уведомление (просьба, требование) передается стороной или ее адвокатом другой стороне или ее адвокатом из рук в руки, этого достаточно для того, чтобы уведомление считалось переданным.

Статья 30. Определения

В данном договоре допускается:

30.1. Совместная и раздельная ответственность каждого лица или лиц (если их несколько), объединенных термином и статусом "Арендатор".

30.2. Термины мужского рода при соответствующей смысловой нагрузке могут быть использованы как термины женского и среднего рода, а слова, зафиксированные в единственном числе, могут употребляться во множественном, и наоборот.

Статья 31. Обязательность лизингового договора для правопреемников Арендатора

Настоящий договор является обязательным для правопреемников и агентов Арендатора.

Полномочные представители договаривающихся сторон ставят свои подписи под лизинговым договором и тем самым свидетельствуют о подлинности настоящего документа.

РЕКВИЗИТЫ И ПОДПИСИ СТОРОН
Арендодатель
  • Юридический адрес:
  • Почтовый адрес:
  • Телефон/факс:
  • ИНН/КПП:
  • Расчетный счет:
  • Банк:
  • Корреспондентский счет:
  • БИК:
  • Подпись:
Арендатор
  • Юридический адрес:
  • Почтовый адрес:
  • Телефон/факс:
  • ИНН/КПП:
  • Расчетный счет:
  • Банк:
  • Корреспондентский счет:
  • БИК:
  • Подпись:

Документы, которые также Вас могут заинтересовать:

dogovor-obrazets.ru

Споры из договоров международного лизинга

Договор международного лизинга, т.е. такой, который заключается сторонами, коммерческие предприятия которых находятся в разных государствах, регулируется в основном национальным законодательством. Однако в 1988 г. была принята Конвенция о международном финансовом лизинге, подготовленная в рамках УНИДРУА, которая оказывает существенное влияние на регулирование такого рода сделок. В частности, Конвенция УНИДРУА регулирует сделки финансового лизинга, в которых одна сторона (арендодатель) (а) заключает по спецификации другой стороны (арендатора) договор (договор поставки) с третьей стороной (поставщиком), в соответствии с которым арендодатель приобретает оборудование на условиях, одобренных арендатором, и (б) заключает договор (договор лизинга) с арендатором, предоставляя ему право использовать оборудование взамен на выплату периодических платежей (п. 1 ст. 1). Таким образом, сделка финансового лизинга состоит из двух различных, но взаимосвязанных договоров - договора поставки лизингового оборудования и собственно договора лизинга.Относительно своей сферы действия Конвенция УНИДРУА содержит схожие с Венской конвенцией 1980 г. положения. Согласно ст. 3 Конвенция УНИДРУА применяется, когда коммерческие предприятия (т.е. место основной деятельности - place of business) арендодателя и арендатора находятся в разных государствах и при этом: a) эти государства, а также государство, в котором поставщик имеет свое коммерческое предприятие, являются государствами - участниками Конвенции; или b) как договор поставки, так и договор лизинга регулируются правом государства - участника Конвенции.Таким образом, Конвенция применяется в двух случаях, но при наличии общего условия: коммерческие предприятия арендодателя и арендатора должны находиться в разных государствах. Кроме этого общего условия необходимо наличие одного из двух дополнительных условий. В случае "а" государства, в которых находятся коммерческие предприятия арендодателя и арендатора и поставщика, являются государствами - участниками Конвенции; при этом местонахождение поставщика может быть как в государстве одной из сторон договора (арендодателя или арендатора), так и в третьей стране - участнике Конвенции. В случае "b" договор поставки и договор лизинга регулируются правом государства - участника Конвенции; при этом государства, в которых находятся коммерческие предприятия арендодателя и арендатора, могут и не участвовать в Конвенции, главное - чтобы это были два разных государства. Таким образом, если, например, местонахождение арендодателя и арендатора в России, а поставщик за границей, договор лизинга не подпадает под действие Конвенции УНИДРУА, даже если и договор поставки, и договор лизинга регулируются правом государства - участника Конвенции.Например, в одном из дел американская некоммерческая организация предъявила в МКАС иск к российскому ООО о взыскании денежной суммы в связи с нарушением российским ООО заключенного сторонами договора международного финансового лизинга. Согласно договору истец (лизингодатель) приобрел у российской компании (поставщика) указанное в договоре оборудование и предоставил его во временное владение и пользование ответчику (лизингополучателю), а ответчик обязался выплачивать истцу лизинговые платежи. В связи с прекращением выплаты лизингополучателем платежей истец расторг договор лизинга и потребовал выплатить долг и договорную неустойку. В договоре стороны установили, что он регулируется и толкуется в соответствии с материальным правом России. МКАС пришел к выводу, что к договору в силу пп. "б" п. 1 ст. 3 Конвенции УНИДРУА применяется эта Конвенция, поскольку коммерческие предприятия арендодателя и арендатора находятся в разных государствах (России и США) и при этом как договор поставки, так и договор лизинга регулируются правом России: к договору купли-продажи оборудования применяется российское право в соответствии с коллизионной нормой ст. 1211 ГК РФ (как право страны продавца). Поскольку и договор поставки, и договор лизинга регулируются правом России, которая является участницей Конвенции, МКАС обоснованно пришел к выводу о применении к отношениям сторон положений этой Конвенции, а в субсидиарном порядке - права России.Стороны договора поставки и договора лизинга вправе по соглашению между собой исключить применение Конвенции или отступить от ее положений (кроме тех, которые предусмотрены в п. 2 ст. 5). Согласно ст. 6 Конвенции при ее толковании надлежит учитывать ее предмет и цели, изложенные в преамбуле, ее международный характер и необходимость содействовать достижению единообразия в ее применении и соблюдению добросовестности в международной торговле. Вопросы, относящиеся к предмету регулирования Конвенции, которые прямо в ней не разрешены, подлежат разрешению в соответствии с общими принципами, на которых она основана, а при отсутствии таких принципов - в соответствии с правом, применимым в силу норм международного частного права.Данные положения по существу основаны на аналогичных положениях Венской конвенции 1980 г. (ст. ст. 6 - 7). Очевидно, что по аналогии с Венской конвенцией 1980 г. в рамках УНИДРУА должна осуществляться работа по обобщению практики применения этой Конвенции. Однако такая работа будет актуальной в случае, когда прецедентная практика по применению Конвенции УНИДРУА будет значительной. Окончательный же успех Конвенции как единообразного свода правил о лизинге будет зависеть от расширения круга ее государств-участников.В рамках СНГ в 1998 г. была принята Конвенция о межгосударственном лизинге (вступила в силу в 2001 г., Россия в Конвенции не участвует). В преамбуле Конвенции сказано, что она разработана исходя из положений Договора о создании Экономического союза СНГ и Конвенции УНИДРУА 1988 г. Конвенция СНГ применяется только в том случае, если осуществление лизинговых проектов ведут лизинговые компании и хозяйствующие субъекты не менее двух государств - участников Конвенции. Конвенция СНГ определяет лизинг (финансовую аренду) как вид инвестиционно-предпринимательской деятельности.В Конвенции СНГ выделяется несколько видов лизинга: оперативный, возвратный, компенсационный, бартерный (ст. 3), а также содержится подробная регламентация обязательств сторон договора. В отличие от Конвенции УНИДРУА в Конвенции СНГ урегулированы вопросы, связанные с исполнением поставщиком своей обязанности по передаче предмета лизинга, обязанностями лизингополучателя по принятию предмета лизинга, переходом риска и др. При формулировании обязательств по поставке лизингового оборудования, а также переходе риска ощутимо влияние Венской конвенции 1980 г.После вступления в силу Конвенция СНГ сможет применяться наряду с Конвенцией УНИДРУА: согласно положениям обеих Конвенций они не затрагивают действие других международных договоров (ст. 16 и ст. 17 соответственно). Думается, что при совпадении сферы действия Конвенций в первоочередном порядке следует применять Конвенцию УНИДРУА, поскольку в преамбуле Конвенции СНГ сказано, что она исходит из положений Конвенции УНИДРУА.Поскольку отношения по поставке лизингового оборудования в Конвенции УНИДРУА практически не регламентируются, недостаток регулирования должен восполняться с помощью применимого национального права. В определенной степени этот пробел пытается восполнить рассмотренная выше Конвенция СНГ.При определении применимого права в качестве субсидиарного статута к международным конвенциям возникают сложности. В российском праве лизинг рассматривается как разновидность договора аренды (§ 6 гл. 34 ГК РФ). Следовательно, российский суд при рассмотрении спора по договору международного лизинга при отсутствии соглашения сторон будет применять право арендодателя (п. 3 ст. 1211 ГК РФ). При применимом российском праве суд будет применять нормы ГК РФ о лизинге (§ 6 гл. 34), общие положения об аренде (§ 1 гл. 34), положения ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" в изложенной последовательности. Причем в соответствии с общим принципом (п. 2 ст. 3 ГК РФ) Закон о лизинге должен применяться в части, не противоречащей ГК РФ (как положениям о лизинге, так и общим положениям об аренде).Возникает вопрос: будет ли избранное на основании коллизионных норм российского законодательства применимое право распространяться на всю сделку международного лизинга, включая отношения по договору поставки лизингового оборудования, или лишь на непосредственно договор лизинга? Ответ зависит от той позиции, которую занимает правоприменитель относительно квалификации договора лизинга. Если следовать той трактовке, что лизинг представляет собой единую трехстороннюю сделку, то применимое право, избранное к договору лизинга (аренды), распространяется и на договор поставки. Если же признать, что договор поставки и собственно договор лизинга являются двумя самостоятельными сделками, то и применимое право должно определяться для договора поставки отдельно на основании привязки к праву страны продавца.Это обстоятельство следует учитывать при выборе применимого права к договору лизинга, в том числе при субсидиарном применении национального законодательства по отношению к положениям Конвенции УНИДРУА. При квалификации лизинга в качестве совокупности двух договоров - купли-продажи и аренды - особое значение приобретает проблема расщепления обязательственного статута, когда эти договоры будут следовать самостоятельным коллизионным привязкам.Однако квалификация договора международного лизинга в качестве совокупности двух договоров тем не менее не позволяет, с нашей точки зрения, применять к договору поставки положения Венской конвенции 1980 г. В пользу такого вывода свидетельствует тот факт, что по договору лизинга арендатор приобретает определенные права в отношении продавца, хотя он не является стороной договора купли-продажи. Кроме того, по очевидному смыслу Венской конвенции 1980 г., в намерения ее составителей явно не входило распространение ее действия на договоры поставки оборудования, осуществляемые в рамках договора лизинга.

mosadvkustovsky.ru

Споры из договоров международного лизинга

Договор международного лизинга, т.е. такой, который заключается сторонами, коммерческие предприятия которых находятся в разных государствах, регулируется в основном национальным законодательством. Однако в 1988 г. была принята Конвенция о международном финансовом лизинге, подготовленная в рамках УНИДРУА, которая оказывает существенное влияние на регулирование такого рода сделок. В частности, Конвенция УНИДРУА регулирует сделки финансового лизинга, в которых одна сторона (арендодатель) (а) заключает по спецификации другой стороны (арендатора) договор (договор поставки) с третьей стороной (поставщиком), в соответствии с которым арендодатель приобретает оборудование на условиях, одобренных арендатором, и (б) заключает договор (договор лизинга) с арендатором, предоставляя ему право использовать оборудование взамен на выплату периодических платежей (п. 1 ст. 1). Таким образом, сделка финансового лизинга состоит из двух различных, но взаимосвязанных договоров - договора поставки лизингового оборудования и собственно договора лизинга. Относительно своей сферы действия Конвенция УНИДРУА содержит схожие с Венской конвенцией 1980 г. положения. Согласно ст. 3 Конвенция УНИДРУА применяется, когда коммерческие предприятия (т.е. место основной деятельности - place of business) арендодателя и арендатора находятся в разных государствах и при этом: a) эти государства, а также государство, в котором поставщик имеет свое коммерческое предприятие, являются государствами - участниками Конвенции; или b) как договор поставки, так и договор лизинга регулируются правом государства - участника Конвенции. Таким образом, Конвенция применяется в двух случаях, но при наличии общего условия: коммерческие предприятия арендодателя и арендатора должны находиться в разных государствах. Кроме этого общего условия необходимо наличие одного из двух дополнительных условий. В случае "а" государства, в которых находятся коммерческие предприятия арендодателя и арендатора и поставщика, являются государствами - участниками Конвенции; при этом местонахождение поставщика может быть как в государстве одной из сторон договора (арендодателя или арендатора), так и в третьей стране - участнике Конвенции. В случае "b" договор поставки и договор лизинга регулируются правом государства - участника Конвенции; при этом государства, в которых находятся коммерческие предприятия арендодателя и арендатора, могут и не участвовать в Конвенции, главное - чтобы это были два разных государства. Таким образом, если, например, местонахождение арендодателя и арендатора в России, а поставщик за границей, договор лизинга не подпадает под действие Конвенции УНИДРУА, даже если и договор поставки, и договор лизинга регулируются правом государства - участника Конвенции. Например, в одном из дел американская некоммерческая организация предъявила в МКАС иск к российскому ООО о взыскании денежной суммы в связи с нарушением российским ООО заключенного сторонами договора международного финансового лизинга. Согласно договору истец (лизингодатель) приобрел у российской компании (поставщика) указанное в договоре оборудование и предоставил его во временное владение и пользование ответчику (лизингополучателю), а ответчик обязался выплачивать истцу лизинговые платежи. В связи с прекращением выплаты лизингополучателем платежей истец расторг договор лизинга и потребовал выплатить долг и договорную неустойку. В договоре стороны установили, что он регулируется и толкуется в соответствии с материальным правом России. МКАС пришел к выводу, что к договору в силу пп. "б" п. 1 ст. 3 Конвенции УНИДРУА применяется эта Конвенция, поскольку коммерческие предприятия арендодателя и арендатора находятся в разных государствах (России и США) и при этом как договор поставки, так и договор лизинга регулируются правом России: к договору купли-продажи оборудования применяется российское право в соответствии с коллизионной нормой ст. 1211 ГК РФ (как право страны продавца). Поскольку и договор поставки, и договор лизинга регулируются правом России, которая является участницей Конвенции, МКАС обоснованно пришел к выводу о применении к отношениям сторон положений этой Конвенции, а в субсидиарном порядке - права России. Стороны договора поставки и договора лизинга вправе по соглашению между собой исключить применение Конвенции или отступить от ее положений (кроме тех, которые предусмотрены в п. 2 ст. 5). Согласно ст. 6 Конвенции при ее толковании надлежит учитывать ее предмет и цели, изложенные в преамбуле, ее международный характер и необходимость содействовать достижению единообразия в ее применении и соблюдению добросовестности в международной торговле. Вопросы, относящиеся к предмету регулирования Конвенции, которые прямо в ней не разрешены, подлежат разрешению в соответствии с общими принципами, на которых она основана, а при отсутствии таких принципов - в соответствии с правом, применимым в силу норм международного частного права. Данные положения по существу основаны на аналогичных положениях Венской конвенции 1980 г. (ст. ст. 6 - 7). Очевидно, что по аналогии с Венской конвенцией 1980 г. в рамках УНИДРУА должна осуществляться работа по обобщению практики применения этой Конвенции. Однако такая работа будет актуальной в случае, когда прецедентная практика по применению Конвенции УНИДРУА будет значительной. Окончательный же успех Конвенции как единообразного свода правил о лизинге будет зависеть от расширения круга ее государств-участников. В рамках СНГ в 1998 г. была принята Конвенция о межгосударственном лизинге (вступила в силу в 2001 г., Россия в Конвенции не участвует). В преамбуле Конвенции сказано, что она разработана исходя из положений Договора о создании Экономического союза СНГ и Конвенции УНИДРУА 1988 г. Конвенция СНГ применяется только в том случае, если осуществление лизинговых проектов ведут лизинговые компании и хозяйствующие субъекты не менее двух государств - участников Конвенции. Конвенция СНГ определяет лизинг (финансовую аренду) как вид инвестиционно-предпринимательской деятельности. В Конвенции СНГ выделяется несколько видов лизинга: оперативный, возвратный, компенсационный, бартерный (ст. 3), а также содержится подробная регламентация обязательств сторон договора. В отличие от Конвенции УНИДРУА в Конвенции СНГ урегулированы вопросы, связанные с исполнением поставщиком своей обязанности по передаче предмета лизинга, обязанностями лизингополучателя по принятию предмета лизинга, переходом риска и др. При формулировании обязательств по поставке лизингового оборудования, а также переходе риска ощутимо влияние Венской конвенции 1980 г. После вступления в силу Конвенция СНГ сможет применяться наряду с Конвенцией УНИДРУА: согласно положениям обеих Конвенций они не затрагивают действие других международных договоров (ст. 16 и ст. 17 соответственно). Думается, что при совпадении сферы действия Конвенций в первоочередном порядке следует применять Конвенцию УНИДРУА, поскольку в преамбуле Конвенции СНГ сказано, что она исходит из положений Конвенции УНИДРУА. Поскольку отношения по поставке лизингового оборудования в Конвенции УНИДРУА практически не регламентируются, недостаток регулирования должен восполняться с помощью применимого национального права. В определенной степени этот пробел пытается восполнить рассмотренная выше Конвенция СНГ. При определении применимого права в качестве субсидиарного статута к международным конвенциям возникают сложности. В российском праве лизинг рассматривается как разновидность договора аренды (§ 6 гл. 34 ГК РФ). Следовательно, российский суд при рассмотрении спора по договору международного лизинга при отсутствии соглашения сторон будет применять право арендодателя (п. 3 ст. 1211 ГК РФ). При применимом российском праве суд будет применять нормы ГК РФ о лизинге (§ 6 гл. 34), общие положения об аренде (§ 1 гл. 34), положения ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" в изложенной последовательности. Причем в соответствии с общим принципом (п. 2 ст. 3 ГК РФ) Закон о лизинге должен применяться в части, не противоречащей ГК РФ (как положениям о лизинге, так и общим положениям об аренде). Возникает вопрос: будет ли избранное на основании коллизионных норм российского законодательства применимое право распространяться на всю сделку международного лизинга, включая отношения по договору поставки лизингового оборудования, или лишь на непосредственно договор лизинга? Ответ зависит от той позиции, которую занимает правоприменитель относительно квалификации договора лизинга. Если следовать той трактовке, что лизинг представляет собой единую трехстороннюю сделку, то применимое право, избранное к договору лизинга (аренды), распространяется и на договор поставки. Если же признать, что договор поставки и собственно договор лизинга являются двумя самостоятельными сделками, то и применимое право должно определяться для договора поставки отдельно на основании привязки к праву страны продавца. Это обстоятельство следует учитывать при выборе применимого права к договору лизинга, в том числе при субсидиарном применении национального законодательства по отношению к положениям Конвенции УНИДРУА. При квалификации лизинга в качестве совокупности двух договоров - купли-продажи и аренды - особое значение приобретает проблема расщепления обязательственного статута, когда эти договоры будут следовать самостоятельным коллизионным привязкам. Однако квалификация договора международного лизинга в качестве совокупности двух договоров тем не менее не позволяет, с нашей точки зрения, применять к договору поставки положения Венской конвенции 1980 г. В пользу такого вывода свидетельствует тот факт, что по договору лизинга арендатор приобретает определенные права в отношении продавца, хотя он не является стороной договора купли-продажи. Кроме того, по очевидному смыслу Венской конвенции 1980 г., в намерения ее составителей явно не входило распространение ее действия на договоры поставки оборудования, осуществляемые в рамках договора лизинга.

www.adv-kustovsky.ru

§ 5. Договор лизинга. Международное частное право. Т.2

Понятие лизинга. Лизинг (англ, leasing, производное от «lease»— аренда) в буквальном понимании означает долгосрочную аренду машин, оборудования, транспортных средств и других объектов производственного назначения.

Аренда — правовой институт, известный с древнейших времен. Мировая история знает немало свидетельств того, что аренда существовала и применялась в человеческой цивилизации еще за две тысячи лет до нашей эры. Так, на территории древнего Шумерского царства были найдены глиняные таблички, подтверждавшие, что в аренду сдавались орудия сельскохозяйственного труда, земли, водные источники, домашние животные и т.д. В ту эпоху существовали

296

храмовые священники-арендодатели, кᴏᴛᴏᴩые заключали договоры аренды с местными крестьянами.'

Аристотель в ϲʙᴏем известном труде «Риторика», написанном около 350 г. до н.э., заметил: «Богатство составляет не владение имуществом на основе права собственности, а его использование». Это как нельзя лучше подтверждает основной смысл лизинга: для получения прибыли совсем не обязательно иметь оборудование или иные ценности в собственности, достаточно обладать правом их использования и извлечения доходов. Важно заметить, что одним из первых законов о лизинге стал статут Уэльса 1284 г.

Отметим тот факт - что в современном экономическом и правовом языке ϶ᴛᴏт термин большей частью применяется к определенного рода отношениям и воспринимается как финансовый лизинг, кᴏᴛᴏᴩый прочно вошел в практику всех без исключения государств — развитых, развивающихся, доноров инвестиций и реципиентов инвестиций, располагающих валютными резервами, и стран со слабо развитой экономикой и т.д. В странах с рыночной экономикой лизинговые операции становятся средством технического перевооружения производства. Данный договорный вид в указанной интерпретации будет относительно новым не только для российской правовой и экономической жизни, но и для мировой практики вообще.

Введение термина «лизинг» в экономический и правовой оборот связывают с операциями телефонной компании «Белл», руководство кᴏᴛᴏᴩой в 1877 г. приняло решение не продавать ϲʙᴏи телефонные аппараты, а сдавать их в аренду. При этом первое общество, деятельность кᴏᴛᴏᴩого стала специализироваться в области лизинга, было организовано исключительно в 1952 г. в США (Сан-Франциско). Им стала «Юнайтед Стейтс Лизинг Корпорейшн». Во Франции первая лизинговая компания появилась в 1957 г. Стоит заметить, что она была создана по инициативе Банка Индокитая (Banque de I'lndochine) и занималась лизингом промышленного оборудования (SEPAFITEC). В 1965 г. в ϶ᴛᴏй стране уже действовало около 30 лизинговых компаний. В чем же состоит суть лизинговых отношений? К примеру, лицо хочет использовать в ϲʙᴏей производственной или профессиональной деятельности какое-либо движимое имущество (оборудование, технику, автотранспорт и т.д.), но не располагает необходимыми средствами на его приобретение. Тогда оно обращается в лизинговую фирму (или к другому лицу). Последняя покупает у

производителей или поставщиков нужное оборудование и передает его на определенный срок обратившемуся лицу в аренду, обещая при ϶ᴛᴏм продать ему оборудование по истечении так называемого безотзывного периода или соглашаясь на следующий после арендного срока выкуп предмета лизинга. Контракт, имеющий объектом лизинг, таким образом, состоит из трех частей: поставки (купли-продажи предмета лизинга, одобренного лизингополучателем, между лизингодателем и поставщиком, долгосрочной аренды между лизингодателем и лизингополучателем и выкупа последним у лизингодателя либо возврата ему ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующего имущества).

На момент подписания рядом государств Оттавской конвенции о международном финансовом лизинге 28 мая 1988 г! он был урегулирован в национально-правовом плане в очень незначительном количестве стран. Специальное законодательство о лизинговых отношениях отсутствует даже во многих развитых государствах. К таковым относится, например, ФРГ. Лизинг как особая разновидность оформления гражданско-правовых отношений не был известен и отечественному праву. Исключая выше сказанное, не во всех правовых системах ему давалась одинаковая квалификация. Ученые-правоведы называют ϶ᴛᴏт вид сделок «гибридным механизмом, обычно именуемым лизинг».2 Попытки вместить лизинг в привычные рамки существующих правовых форм неизменно оканчивались неудачей, поскольку национальные правопорядки стремились сохранить внутреннюю логику собственных правовых систем. Так, в англо-саксонских странах использовалась конструкция имущественного найма с хранением, а в странах «цивильного» права — «продажи товаров под условием (обещание продать)». В частности, эта идея была проведена в законе от 3 июля В66 г. «О предприятиях, практикующих кредит-аренду»3 во Франции, од-

298

нако французский Кассационный суд вынужден был отклонить такую квалификацию лизинговой сделки как не ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующую условной продаже. В современной действительности французская практика исходит из представлений о лизинге как о среднесрочной и долгосрочной кредитной операции, позволяющей лизинговой фирме по заказу получателя купить у поставщика имущество, получателю имущества использовать его в течение длительного времени на условиях аренды и купить его у лизинговой фирмы после истечения срока аренды на базе предшествующего обещания последней получателю имущества продать его (купли — продажи — аренды — обещания продать).

Сходное с французским регулирование имеет Бельгия. Ее королевский ордонанс «О предприятиях, практикующих финансовую аренду» от 10 ноября 1967 г., как явствует из самого названия акта, оперирует близкими категориями, хотя и нельзя не заметить несколько большую точность используемых им формулировок, что пробудет и в самих понятиях («финансовая аренда», «лизинг»). Исключая выше сказанное, в бельгийском акте содержатся указания на необходимое соотношение между сроком аренды и сроком эксплуатации оборудования, амортизации, приобретение предмета лизинга в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии с инструкциями будущего арендатора и т.д.

Договор лизинга, по мнению французских специалистов, отличается от других (близких, сходных или примыкающих) видов: от продажи в кредит — лизингополучатель не обязательно становится собственником имущества по окончании срока аренды; от договора займа — лизингополучатель не возвращает долг, а выплачивает арендную плату, кᴏᴛᴏᴩая составляет исключительно часть стоимости имущества, и возвращает вещь в конце срока; от одностороннего обещания продажи — поскольку есть еще и аренда; от аренды — поскольку в сделке всегда присутствует еще и одностороннее обещание продать имущество; от договора аренды с последующим выкупом, поскольку есть еще и третья сторона — поставщик предмета лизинга.1

В южно-африканском Законе о кредитных договорах 1980 г. в ст. 1 (х) говорится: «Лизинговая операция означает сделку, по условиям кᴏᴛᴏᴩой лизингодатель передает в аренду лизингополучателю товары против уплаты лизингополучателем лизингодателю обусловленной суммы денег в указанный или установленный на

будущее срок, будь то целиком или частями, в течение определенного периода времени в будущем, но не предполагает сделку, по кᴏᴛᴏᴩой в момент ее заключения стороны согласились, что должник или любое иное лицо от его имени вправе на любой стадии аренды или в любое время после ее истечения или прекращения стать собственником данных товаров или сохранить права владения, пользования и распоряжения в отношении данных товаров после истечения или прекращения аренды».

В ФРГ в течение долгого времени (вплоть до 70-х гг.) не существовало специального законодательства по лизингу. Проводимые операции осуществлялисьтрадиционно на базе договоров аренды с полной выплатой стоимости имущества (Vollamortisationver-trag, full-pay-out leasing) и квалифицировались по аналогии с условной куплей-продажей: договор имел основной нерасторгаемый период действия, в течение кᴏᴛᴏᴩого происходила полная амортизация оборудования, и мог предусматривать либо вообще отсутствие дополнительной платы, либо символическую плату за опцион по покупке оборудования.

Примечательно изменение правовых концепций в отношении лизинга в Северной Америке (США). В то время когда УНИДРУА только приступал к работе над конвенцией (1975—1977 гг.), его трактовка в США ϲʙᴏдилась либо к конструкции найма имущества с хранением, либо продажи под условием. Но уже текст Единообразного закона США о лизинге движимого имущества от 9ав-густа 1985 г., впоследствии преобразованного в статью 2А («Лизинг») Единообразного торгового кодекса, стал очевидным подтверждением того, что произошла смена подходов.

В целом правовое регулирование ряда европейских стран континентальной Европы (Бельгии, Франции, Германии и Италии) сближается за счет отношения их законодателя к такому элементу лизинга, как опцион на покупку имущества, составляющего предмет лизинга, кᴏᴛᴏᴩый будет здесь обязательным, в то время как, скажем, в Соединенных Штатах Америки ϶ᴛᴏ не образует конституирующий критерий. Вместе с тем в Италии регламентация рассматриваемых отношений содержит весьма интересную особенность. В частности, итальянский Закон о договорах финансовой аренды предусматривает, что если предметом аренды будет промышленное оборудование или приспособления, кᴏᴛᴏᴩые составляют часть недвижимого имущества, то такое оборудование или приспособления для всех целей подчиняются режиму, установленному для движимых вещей. Вследствие ϶ᴛᴏго арендода-

300

тель вправе отделить его от недвижимого имущества, частью кᴏᴛᴏᴩого оно может стать в результате эксплуатации в период аренды. Указанной нормы нет ни во французском, ни в бельгийском праве. Между тем значение данных положений на практике трудно переоценить. Их эффект имеет место в случае банкротства арендатора, кᴏᴛᴏᴩый, взяв в аренду оборудование, может присоединить его к недвижимому имуществу. Нормы же итальянского закона препятствуют превращению оборудования или иного арендованного имущества в недвижимость; оно подлежит возвращению собственнику — лизингодателю.

Проведенный фрагментарный обзор действующего материального права, касающегося лизинговых отношений, ряда государств Европы и Америки, а также иллюстрация расхождений не только в области регулирования, но и толкования и квалификации договоров финансового (в т.ч. международного) лизинга, со всей закономерностью поставили перед отдельными странами и международным сообществом в целом задачу приведения национальных правовых норм к ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующему единообразию в таких масштабах, в каких ϶ᴛᴏ диктуется насущными потребностями осуществления сотрудничества в рассматриваемой сфере.

Основы правового регулирования международного финансового лизинга. Международный финансовый лизинг развивался преимущественно благодаря экономическому и финансовому взаимодействию между собой материнских и дочерних предприятий и филиалов, находящихся в других государствах, различных крупнейших многонациональных компаний. Стоит отметить, что основу правового регулирования лизинга, в т.ч. финансового, во многих странах составляет Конвенция о международном финансовом лизинге от 28 мая 1988г.

Решение главных органов Международного института унификации частного права (УНИДРУА) о предоставлении лизингу приоритетного направления в развитии унификации привело к созданию рабочей группы для целей изучения международной унификации применимых к данным отношениям норм и подготовке секретариатом Института предварительного доклада, иллюстрирующего механизмы разных видов лизинга и правовые проблемы, порожденные особым родом операций, обычно именуемых финансовым лизингом. Этот доклад был рассмотрен рабочей группой, собравшейся на заседание в Риме в апреле 1975 г., кᴏᴛᴏᴩая рекомендовала обратить внимание в большей степени на международные, нежели внутренние лизинговые сделки. В данных целях доклад был распространен среди экспертов и практиков различных стран, работающих в области лизинга, а также по государствам мира разослан вопросник, ответы на

кᴏᴛᴏᴩый должны были быть положены в основу анализа, представленного 55-й сессии УНИДРУА в 1976 г. Проведенный опрос подтвердил необходимость и желательность разработки единообразных международно-правовых норм, регулирующих лизинговые контракты, с учетом трудностей, создаваемых отсутствием регулирования, специально рассчитанного не только на применение, но и на стимулирование международного лизинга. В мае 1977 г. на 56-й сессии Совет УНИДРУА одобрил образование аналитической группы, кᴏᴛᴏᴩой была поручена разработка проекта унифицированных норм, ᴏᴛʜᴏϲᴙщихся к договору лизинга. В последующем состоялся ряд симпозиумов в разных уголках мира для обсуждения проекта статей конвенции, а затем заседания межправительственного комитета экспертов, созданного целях разработки сперва предварительного проекта, а в последующем — учета поступающих комментариев и замечаний от стран и специалистов.

Пересмотренный в последний раз, текст проекта конвенции был представлен третьей сессии Комитета правительственных экспертов, проведенной в Риме в 1987 г., где собрались представители 33 государств—членов УНИДРУА, а также четырех стран-нечленов ((Алжира, Бразилии, Перу и Филиппин). На сессии возник вопрос, имевший большую практическую значимость, кᴏᴛᴏᴩый Комитет решил передать на рассмотрение рабочей группы технических экспертов, а именно: по какому правопорядку должно определяться право, применимое, в случаях надобности, к публичному извещению, — праву лизингодателя морского или воздушного судна, транспортного средства или другого оборудования, подлежащего регистрации, на основании закона государства регистрации в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии с конвенцией применительно к реальным правам на переданное в аренду имущество, или закона доверительного собственника, официального управляющего лизингополучателя, признанного банкротом, и в целом собрания его кредиторов, не имеющих обеспеченных требований. Мнение Комитета экспертов в отношении данного специального вопроса склонилось в пользу закона государства регистрации. Дипломатическая конференция по принятию ϶ᴛᴏй Конвенций проводилась в Оттаве (Канада) с 9 по 28 мая 1988 г. Предвари-

302

тельно ее проект был одобрен на третьей сессии межправительственного Комитета экспертов УНИДРУА, на кᴏᴛᴏᴩой присутствовали представители 59 государств, в т.ч. и Советского Союза. Конвенция вступила в силу с 1 мая 1995 г. для Франции, Нигерии и Италии. При этом СССР не подповествовал ее и в последующем не присоединился к ней. Присоединение же Российской Федерации к Конвенции произошло много позже, в 1998г., в качестве самостоятельного субъекта международного права.

Конвенционные нормы носят диспозитивный характер, т.е. их применение может быть отменено сторонами (поставщиком, лизингодателем, лизингополучателем), за исключением тех положений, кᴏᴛᴏᴩые носят императивный характер в силу постановлений самой Конвенции (п. 3 ст. 8, абз. (б) п. 3, п. 4 ст. 13). Оттав-ская конвенция применяется в случае, когда арендодатель и арендатор имеют основное место деятельности в разных государствах, и при ϶ᴛᴏм: а) данные государства, а также страна, в кᴏᴛᴏᴩой находится коммерческое предприятие поставщика, будут договаривающимися государствами; б) контракт на поставку и контракт лизинга регулируются законодательством договаривающегося государства (ст. 3). Не стоит забывать, что важное условие для определения, подпадает ли в конкретном случае договор под действие Конвенции, содержится в п. 2 ст. 3, кᴏᴛᴏᴩый устанавливает, что в случае, когда та или иная сторона имеет несколько предприятий, осуществляющих ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующую деятельность в разных странах, ссылка на коммерческое предприятие, содержащаяся в Конвенции, означает то место осуществления основной деятельности, кᴏᴛᴏᴩое в наибольшей степени связано с контрактом и его исполнением с учетом известных сторонам обстоятельств или подразумеваемых ими в любой момент до заключения или при совершении контракта.

Стоит сказать - положения Конвенции не прекращают ϲʙᴏего действия ввиду того исключительно основания, что оборудование стало неотъемлемой принадлежностью или включено в земельную собственность. Любой вопрос, касающийся факта, стало или нет оборудование принадлежностью либо инкорпорированной частью земельного участка, а также юридических последствий права лизингодателя и лица, имеющего вещное право недвижимой собственности на земельный участок, решается по праву того государства, на территории кᴏᴛᴏᴩого находится ϶ᴛᴏт земельный участок (ст.4).

Важно знать, что большое место в конвенционном регулировании прав и обязанностей лизингодателя и лизингополучателя занимает решение

ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующих вопросов в случаях несостоятельности или банкротства одной из сторон (ст. 7 Оттавской конвенции, подробнее об ϶ᴛᴏм см. в гл. 31). За исключением случаев, когда иное предусмотрено в Конвенции или договором лизинга, лизингодатель не несет ответственности перед лизингополучателем в отношении оборудования, кроме как в пределах, обусловленных тем, что лизингополучатель потерпел ущерб в результате ϲʙᴏего обращения к опыту и компетентности лизингодателя, а также участия последнего в выборе оборудования, его характеристик и самого поставщика (п. 1 (а) ст. 8). При этом указанные правила не применяются, если лизингодатель выступает в другом качестве, например собственника имущества.

В данном случае необходимо, во-первых, различать договорную и внедоговорную ответственность лизингодателя, а во-вторых, отметить традиционный для международной практики характер решения Конвенцией вопроса о ее соотношении с другими международно-правовыми договорами, а именно отсутствие превалирования над каким-либо уже заключенным или заключаемым соглашением (ст. 17), в силу чего существует возможность применения к режиму ответственности лизингодателя и других международно-правовых или иных документов. Так, будучи собственником, скажем, океанского лайнера, сдаваемого внаем, лизингодатель будет нести ответственность по Брюссельской конвенции 1969 г. и по гражданской ответственности за ущерб, причиненный загрязнением окружающей среды нефтью с судов. В других случаях на него могут распространяться положения Директивы ЕЭС 1985 г. о сближении законодательства, подзаконных и административных актов стран Сообщества, касающихся ответственности за причинение вреда товаром. Обязательства поставщика, вытекающие из контракта поставки, могут являться предметом требования со стороны лизингодателя, как если бы он был стороной данного соглашения и оборудование напрямую поставлялось лизингополучателю. При этом ничто в настоящей статье, говорится в Конвенции, не дает права лизингополучателю расторгнуть или объявить недействительным контракт поставки без согласия лизингодателя (ст. 10).

В случае неисполнения обязательств со стороны лизингополучателя лизингодатель имеет право взыскать причитающуюся ему неполученную арендную плату со штрафными процентами, а также понесенные убытки (п. 1 ст. 13). Данные положения Конвенции можно в какой-то мере рассматривать в качестве попытки учредить конвенционный институт неустойки, кᴏᴛᴏᴩый не может быть

304

урезан местным законом. При всем этом ϶ᴛᴏ не должно пониматься как намерение ограничить волю сторон по установлению заранее исчисленных убытков (liquidated damages — института, широко распространенного в странах «общего права») исходя из ϲʙᴏего усмотрения в контракте. Данные единообразные материально-правовые нормы стремятся установить режим ответственности лизингополучателя и меру требований лизингодателя в случаях нарушения первым ϲʙᴏих обязательств по лизингу.

Согласно Конвенции права лизингодателя в случае нарушения лизингополучателем обязательств по договору разделяются на две категории: неисполнение (нарушение обязательств) и «существенное нарушение». При всем этом следует указать, что в ней не содержится уточнения по поводу того, что подразумевается под «существенным нарушением».

Так, в силу п. 2 ст. 13 при существенном нарушении лизинго-получаетелем ϲʙᴏих обязательств он на основании п. 5 той же статьи вправе получить ускоренную выплату сумм будущих арендных платежей, если контракт лизинга ϶ᴛᴏ предусматривает, либо потребовать расторжения договора и после ϶ᴛᴏго: а) получить обратно оборудование; б) взыскать такие убытки, кᴏᴛᴏᴩые обеспечивали бы ему ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующее положение, в кᴏᴛᴏᴩом он находился, если бы лизингополучатель исполнил договор лизинга согласно его условиям и не допустил нарушения ϲʙᴏих обязательств. Вместе с тем, если арендодатель осуществил расторжение контракта лизинга, то он не вправе требовать ускоренной выплаты будущих арендных сумм, хотя величина таких платежей будет приниматься во внимание при исчислении убытков, предусматриваемых вышеупомянутыми положениями п. 2 и 3 ст. 13. Нормы международного договора, весьма широко практикуемые в современном мире, предписывают обязательность уведомления лизингодателем лизингополучателя об ускоренном взыскании рентных платежей или расторжении контракта и предоставлении последнему разумного периода времени на устранение нарушения при условии, что оно подлежит исправлению (п. 5 ст. 13).

Сегодня достаточно характерным для правовой регламентации лизинговых отношений будет то обстоятельство, что многие государства, не участвующие в Конвенции, принимают национально-правовые акты, в концептуальном плане в значительной степени использующие модели, основывающиеся на конвенционном регулировании. Подобный результат принято именовать «косвенной» унификацией, т.е. появлением в национальном пра-

ве различных стран единообразных норм не вследствие принятия ими на себя международно-правовых обязательств, а в порядке добровольного уϲʙᴏения образцов поведения, содержащихся в международном договоре. В итоге рассматриваемые отношения получают единообразное правовое решение с помощью средств национального права, кᴏᴛᴏᴩое достаточно сближено и гармонизировано по отношению друг к другу.

Посредством указанных инструментов — национально-правовых норм, воспринявших воздействие международно-правовых механизмов правотворчества, — лизинговые операции получили необходимую правовую регламентацию и в странах СНГ. Важно заметить, что одним из первых специальных актов о лизинге стал закон Азербайджана «О лизинге». В других странах могут быть использованы акты различного иерархического уровня: отдельные постановления в источниках, касающихся других вопросов, или подзаконные акты (в Беларуси, Казахстане, Кыргызстане, Узбекистане, Украине). Общие понятия в отношении лизинга установлены в Гражданском кодексе Узбекистана и России; специальные законы имеются в Азербайджане и России, положения, утверждаемые правительствами, действуют в Кыргызстане, Казахстане и Беларуси; готовится специальный закон о лизинге и в Украине.

Дефиниция лизинга как экономического отношения и договора финансового лизинга как опосредствующей его юридической формы имеет первостепенное значение. В частности, по российскому праву финансовый лизинг — ϶ᴛᴏ вид инвестиционной деятельности по приобретению имущества и передаче его на основании договора лизинга физическим или юридическим лицам за определенную плату, на определенный срок и на определенных условиях, обусловленных договором, с правом выкупа имущества лизингополучателем. Лизинговая сделка — совокупность договоров, необходимых для реализации договора лизинга между лизингодателем, лизингополучателем и продавцом (поставщиком) предмета лизинга (ст. 2 федерального закона Российской Федерации «О лизинге» от 29 октября 1998 г., см. также ст. 665 ГК РФ). Согласно закону Азербайджана лизинг — ϶ᴛᴏ «вид услуг, осуществляемый с целью сдачи в среднесрочную аренду потребителю имущества, закупленного по его заказу». В правовом регулировании Беларуси, Азербайджана, Кыргызстана и Узбекистана, содержащем определения лизинга, непосредственно указывается на важнейшую его составляющую, а именно на то, что лизингодатель по поручению лизингополучателя приобретает необходимое

306

имущество в собственность. Это означает, что для договора лизинга характерно отсутствие права собственности лизингодателя на объект до начала лизинговой операции. И исключительно на момент заключения контракта между лизингополучателем и лизингодателем последний получает ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующую информацию от контрагента и приступает к выполнению его поручения по приобретению оборудования или иного имущества для последующей сдачи его в аренду лизингополучателю.

Французская доктрина, разделяющая концепцию сочетания нескольких договоров в лизинге, подчеркивает неотделимость их друг от друга. На ϶ᴛᴏм основании судебная практика делает ряд выводов. Так, в отношении скрытых дефектов лизингополучатель может действовать в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии с законом, устанавливающим ответственность за дефекты при аренде (ст. 1721 Кодекса Наполеона), а лизинговая компания может предъявить претензии к поставщику согласно нормам, регулирующим ответственность за дефекты при продаже (ст. 1641 ФГК). Логическим шагом в данном направлении было и решение в 1990 г. Кассационного суда Франции о том, что расторжение договора купли-продажи (поставки) в отношении предмета лизинга обязательно влечет за собой аннулирование договора о лизинге (аренде) при условии, что все последствия такого прекращения будут урегулированы.

В случае если говорить об отражении подобной «неделимости» при осуществлении лизинговых отношений и реальном механизме заключения лизинговых контрактов, то очень часто лизинговые компании Франции выдают лизингополучателю доверенность на обсуждение с поставщиком характеристик оборудования и его цены, а затем, будучи принципалом, востребуют предмет лизинга у поставщика и передают в аренду получателю.

Законодательство стран — участниц СНГ в области лизинговых отношений характеризуется достаточно большим количеством совпадающих подходов к регулированию, хотя в ряде случаев имеются отличия.

Так, разные правовые системы рассматриваемой группы государств кладут в основу определения лизинга различные признаки: одни (Беларусь, Азербайджан, Кыргызстан) выводят лизинг из главной характеристики приобретения лицом по заказу другого субъекта права для последующей передачи в аренду определенных объектов, другие (Украина) делают акцент на передаче предмета лизинга в пользование, третьи (Азербайджан, Украина, Кыргызстан) в значи-

тельной мере связывают существо отношений с их долговременным характером (понимаемым как среднесрочная и долгосрочная аренда) и т. д. Казахстан, положив в основу собственного регулирования определение лизинга, содержавшееся во Временном положении о лизинге, утвержденном Постановлением Правительства РФ № 633 1994 г., тем самым воспроизвел существовавшие в упомянутом акте составляющие: предпринимательско-инвестиционный характер, приобретение лизингодателем в собственность предмета лизинга по заказу лизингополучателя и сдачу его во временное пользование опять-таки в предпринимательских целях.

Право стран Содружества в затронутом вопросе не расходится принципиально, хотя и не совпадает во всех деталях, что создает вполне приемлемую их готовность к дальнейшему сближению и гармонизации. С учетом же того обстоятельства, что в некᴏᴛᴏᴩых государствах Содружества национальные правопо-ложения о лизинге отсутствуют вообще, создание ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующих материальных норм на международном уровне становится объективно необходимым в целях последующего поступательного и всестороннего развития хозяйственного и инвестиционного взаимодействия участвующих в интеграции в рамках СНГ государств.

Средством активизации указанных процессов стало, в частности, предложение о разработке унификационного акта стран Содружества — Конвенции о межгосударственном лизинге, подписанной 25 ноября 1998 г. в Москве (см. выше). Конвенция, как указано в ее преамбуле, разработана в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии с Договором о создании Экономического союза, а также Конвенцией УНИДРУА о международном финансовом лизинге. Несмотря на использование в ее наименовании понятия «межгосударственный лизинг», речь идет о положениях, предназначенных унифицировать национально-правовые нормы стран-участниц, посвященные регулированию ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующих отношений частно-правового характера, т.е. субъектов внутригосударственного права, а не самих государств, входящих в Содружество, о чем можно было бы сделать вывод исходя из буквального прочтения названия документа.

Межгосударственным лизингом в Конвенции именуется «составная часть международного лизинга, в кᴏᴛᴏᴩом участвуют лизинговые компании и хозяйствующие субъекты двух и более государств—участников настоящей Конвенции», «международный лизинг» — лизинговая деятельность, в кᴏᴛᴏᴩой участвуют лизинговые

308

компании и хозяйствующие субъекты любых двух и более иностранных государств» (ст. I).1

С усилением конкуренции и развития лизинговых операций, созданием первичного, а затем и вторичных рынков лизинга лизинговый цикл выходит на следующий этап — оперативной аренды. Расширяется круг объектов, могущих быть переданными в лизинг, предоставляемые лизингодателям налоговые и иные льготы обеспечивают снижение размеров лизинговых платежей, что создает возможности для углубления и распространения сферы лизинговых отношений, появления новых видов аренды. В нынешних условиях исследователи, занимаясь проблемами лизинга, уже задумываются над его будущим.

В частности, нигерийский автор Судир Амембал, рассматривая состояние законодательства и практики в Нигерии, Великобритании, США и России в области лизинга, указывает на перспективы перерастания классического лизинга в его более «гибкие» и разнообразные формы, появление и развитие таких новых видов услуг, сопутствующих лизинговым операциям, как обеспечительные средства исполнения обязательств при осуществлении лизинга, финансовая аренда предприятий («венчурная аренда»), финансирование проектов и т.д.2

Регулирование финансового лизинга в Российской Федерации.Воплощенные в Конвенции УНИДРУА о международном финансовом лизинге идеи и конкретные предписания послужили несомненным практическим источником при разработке в РФ собственного национального законодательства по ϶ᴛᴏму вопросу. Принятое в Российской Федерации постановление Правительства РФ от 29 июня 1995 г. № 633 «О развитии лизинга в инвестиционной деятельности», изданное на базе Указа Президента РФ от 17 сен-

1 Строго говоря, в данном случае, как представляется, в Конвенции не выдерживается разработанное наукой права (международного права) и оϲʙᴏенное практикой разграничение между терминами «межгосударственный» и «международный», международными отношениями властно-правовой природы и частноправовыми, что приводит к путанице и смешению понятий. Между тем, как следует из вышеприведенных дефиниций, и в том и в другом случаях имеются в виду гражданско-правовые отношения по лизингу международного характера, только в первом варианте говорится об отношениях с участием субъектов из стран Содружества, участвующих в международном договоре, а во втором — любых иных государств.

тября 1994 г. № 1929' и утвердившее Временное положение о лизинге, а также разработанный совместно министерствами экономики и финансов Российской Федерации «Примерный договор о финансовом лизинге движимого имущества с полной амортизацией» и др., исходили и исходят из идей и конструкций Оттавс-кой конвенции 1988 г. Стоит сказать - положения ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующих разделов Гражданского кодекса РФ в части, касающейся финансовой аренды (лизинга) (ст. 665—670), также базируются на содержании конвенционного регулирования. То же относится и к основному ныне источнику отечественного права в сфере лизинга — федеральному закону РФ «О лизинге», подписанному Президентом РФ 29ок-тября 1998 г. и опубликованному 5 ноября 1998 г.

Перечисленные акты со всей убедительностью свидетельствуют о весьма серьезном отношении к лизингу в настоящее время и активной работе по созданию и совершенствованию средств его правового регулирования. Необходимо отметить попытки законодателя использовать все доступные в правовом плане рычаги его развития. По϶ᴛᴏму наряду с разработкой материально-правовых норм, касающихся непосредственно гражданско-правовых аспектов отношений сторон по договору лизинга, принимаются акты, направленные на стимулирование внедрения таких отношений в хозяйственный оборот, особенно международный, с участием российских субъектов права. В результате на основании ст. 72 Таможенного кодекса РФ, постановления Правительства от 29 июня 1995 г. № 633 и правоприменительных актов в области таможенного регулирования (см.: письмо ГТК РФ № 01-13/10286 от 20 июля 1995 г.) товары, являвшиеся объектом международного финансового лизинга, временно ввозимые на таможенную территорию РФ, подлежали частичному оϲʙᴏбождению от уплаты таможенных пошлин и налогов. Исключая выше сказанное, стало практиковаться предоставление государственных гарантий на осуществление лизинговых операций за счет средств бюджета, целью кᴏᴛᴏᴩых будет, как указывается в Порядке предоставления государственных гарантий на осуществление лизинговых операций, «стимулирование более ши рокого привлечения частных инвестиций в сферу финансового лизинга как одной из форм инвестиционной деятельности»?

310

Упомянутое обстоятельство заслуживает того, ɥᴛᴏбы быть выделенным особо. Экономический смысл лизинга вообще заключается во вложении (ϲʙᴏбодного) капитала в основные фонды лизингополучателей с взиманием за ϶ᴛᴏ платы. При этом инвестиционная его сторона становится еще более важной для Российской Федерации и других стран СНГ, она рассматривается как исключительный фактор, способствующий привлечению иностранных инвестиций в экономику. Предоставление на ϶ᴛᴏй основе льгот и иные средства поощрения иностранных лизингодателей дают, как показывает практика, незамедлительный эффект!

По сути не отмененное до сих пор Временное положение о лизинге рассчитано как на отношения «внутреннего» характера, так и на международный лизинг. Стоит заметить, что оно, в частности, содержит следующее положение: «Лизинг может быть как внутренним, когда все субъекты лизинга будут резидентами Российской Федерации, так и международным, когда один или несколько субъектов лизинга будут нерезидентами в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии с законодательством Российской Федерации» (п.6). Аналогично ϶ᴛᴏму решен вопрос и в законе «О лизинге», кᴏᴛᴏᴩый так же, как и предыдущие акты, предназначен для регулирования широкого спектра отношений по внутреннему и международному лизингу (ст. 7 Закона).

8 февраля 1998 г. в РФ был принят Федеральный закон о присоединении Российской Федерации к Конвенции УНИДРУА о международном финансовом лизинге от 28 мая 1988 г. с оговоркой следующего содержания: «Российская Федерация в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии со статьей 20 Конвенции заявляет, что вместо положений пункта 3 статьи 8 Конвенции она будет применять нормы ϲʙᴏего гражданского законодательства». В силу данной оговорки РФ в случаях решения судом вопросов ответственности арендодателя за

имущество и его оϲʙᴏбождения от ответственности необходимо руководствоваться ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующими нормами гражданского права, действующего в данной области, и нормами гражданско-правового договора, не противоречащими императивным положениям российского права.

Следует обратить внимание на критерий, сформулированный в Конвенции, кᴏᴛᴏᴩый определяет, при каких условиях договор (контракт) финансовой аренды (финансового лизинга) становится международным. Аналогично тому как и во многих других современных унифицирующих международно-правовых актах рассматриваемая конвенция кладет в основу признак основного места деятельности партнеров, находящихся в разных государствах (place of business: «the lessor and the lessee have their places of business in different States» (ст. З). Российские акты, как было показано выше, используют категорию «нерезидентства»: «При осуществлении внутреннего лизинга лизингодатель, лизингополучатель и продавец (поставщик) будут резидентами Российской Федерации... При осуществлении международного лизинга лизингодатель или лизингополучатель будет нерезидентом Российской Федерации». Помимо ϶ᴛᴏго, российское право для целей квалификации международного лизинга оперирует и еще одним признаком: «В случае если лизингодателем будет резидент Российской Федерации, то есть предмет лизинга находится в собственности резидента Российской Федерации, договор международного лизинга регулируется настоящим Федеральным законом и законодательством Российской Федерации. В случае если лизингодателем будет нерезидент Российской Федерации, то есть предмет лизинга находится в собственности нерезидента Российской Федерации, договор международного лизинга регулируется федеральными законами в области внешнеэкономической деятельности» (ст. 7 закона РФ «О лизинге»). Последние из приведенных положений следует понимать в том смысле, что после того как Оттавская конвенция вступит в силу для России, регулирование международных операций по лизингу будет подчиняться нормам отечественного законодательства в совокупности с международно-правовыми предписаниями, если лизингодателем выступает нерезидент, с учетом определенных правил о соотношении юридической силы национально-правовых и международных норм. С другой стороны, изложенное достаточно очевидно свидетельствует о том, что отечественное право только в известной степени рецепирует международно-правовое регулирование.

312

Обращает на себя внимание и еще одна особенность действующего российского права — закрепленное ныне в Законе России о лизинге разграничение правового регулирования международного лизинга в зависимости от того, кто будет носителем права собственности на предмет лизинговых отношений. Думается, ϶ᴛᴏ не вполне целесообразно, так как в результате получается, что есть «внутренний международный лизинг», подчиняющийся нормам права РФ, исключающего международные соглашения, и «внешнеэкономический международный лизинг», кᴏᴛᴏᴩый регулируется нормами, касающимися внешнеэкономических отношений, следовательно, включает нормы международных договоров (От-тавской конвенции, в частности). В случае если же посредством упомянутых предписаний законодатель применительно к случаям, когда лизингодателем (собственником предмета лизинга) в гражданско-правовых отношениях международного характера выступает резидент РФ, имел в виду формулирование односторонней коллизионной нормы, обеспечивающей прикрепление регулирования к правопорядку РФ, то исключение из круга источников международно-правовых договоров тем более неоправданно. При всем этом положения ст. 10 Закона недвусмысленным образом указывают на следующее: права и обязанности сторон по договору международного лизинга регулируются в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии с федеральным законом «О присоединении Российской Федерации к Конвенции УНИДРУА о международном финансовом лизинге», нормами национального законодательства в части, не противоречащей отнесенным к предмету регулирования нормам международного права; применимое право устанавливается по соглашению сторон международного договора лизинга в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии с Конвенцией 1988г.

Российский закон «О лизинге» интересен еще одной ϲʙᴏей особенностью применительно к характеристике финансового лизинга. Стоит заметить, что она состоит в квалификации такого признака, как последующий переход права собственности на арендуемый объект к лизингополучателю. Статья 2 отечественного закона, давая дефиницию лизинга, оперирует данным элементом как будто бы неотъемлемой и обязательной частью его юридического содержания. С другой стороны, п. 6 ст. 17 Закона1 со всей убедительностью свидетель-

ствует о том, что выкуп оборудования лизингополучателем и переход на него права собственности вследствие ϶ᴛᴏго не может рассматриваться в качестве обязательной характеристики договора лизинга. Указанное полностью укладывается и в рамки конвенционных подходов. Так, в п. 3 ст. 1 Оттавской конвенции устанавливается: «Настоящая Конвенция применяется независимо от того, имеет лизингополучатель в настоящее время или приобретает впоследствии возможность выкупить оборудование...». Исходя из всего выше сказанного, мы приходим к выводу, что как по международному соглашению, так и по российскому закону выкуп предмета лизинга по окончании срока аренды будет факультативной характеристикой его юридического содержаний, несмотря на то, что подобное может часто встречаться на практике. В связи с данным крайне важно заметить, что законодательство других стран решает данный вопрос иначе. К примеру, украинский законодатель выставляет ϶ᴛᴏт момент в качестве необходимого условия любой сделки финансового лизинга.

В качестве отдельной категории в российском праве рассматривается «международный сублизинг» (ст. 8 закона «О лизинге»). Действующими нормами устанавливается, что международный сублизинг будет разновидностью международного лизинга, регулируемого законом «О лизинге». Легально определяется и основная отличительная черта международного сублизинга — перемещение предмета лизинга через таможенную границу Российской Федерации только на срок действия договора сублизинга.

Исходя из всего выше сказанного, мы приходим к выводу, что исходя из действующего в России правового регулирования, если иностранное юридическое лицо заключает договор лизинга с российским акционерным обществом о передаче в долгосрочную аренду третьему лицу — российскому индивидуаль-

314

ному предпринимателю — закупленных у чешского дистрибьютора, имеющего представительство в РФ, грузовиков «Татра» со склада в Москве (или любого оборудования, приобретаемого у российского производителя), такая совокупность отношений не будет договором международного сублизинга, поскольку в данном случае не имеет места основной, как ϶ᴛᴏ вытекает из положений российского закона, критерий международного сублизинга: перемещение товара — предмета лизинга и сублизинга — через таможенную границу РФ (см. об ϶ᴛᴏм также в гл. 22).

Российский закон 1998 г. шире по сфере действия, нежели От-тавская конвенция. Последняя, как было отмечено, посвящена международному финансовому лизингу, объектом же регулирования в отечественном акте будут три вида лизинга: финансовый, возвратный и оперативный (п.З ст.7).

Пользовательское соглашение: Интеллектуальные права на материал - Международное частное право. Т.2 - Л.П. Ануфриева. принадлежат её автору. Данное пособие/книга размещена исключительно для ознакомительных целей без вовлечения в коммерческий оборот. Вся информация (в том числе и "§ 5. Договор лизинга") собрана из открытых источников, либо добавлена пользователями на безвозмездной основе. Для полноценного использования размещённой информации Администрация проекта Зачётка.рф настоятельно рекомендует приобрести книгу / пособие Международное частное право. Т.2 - Л.П. Ануфриева. в любом онлайн-магазине.

Тег-блок: Международное частное право. Т.2 - Л.П. Ануфриева., 2015. § 5. Договор лизинга.

xn--80aatn3b3a4e.xn--p1ai

§ 5. Договор лизинга : Международное частное право. Т.2

Понятие лизинга. Лизинг (англ, leasing, производное от «lease»— аренда) в буквальном понимании означает долгосрочную аренду машин, оборудования, транспортных средств и других объектов производственного назначения.

Аренда — правовой институт, известный с древнейших времен. Мировая история знает немало свидетельств того, что аренда существовала и применялась в человеческой цивилизации еще за две тысячи лет до нашей эры. Так, на территории древнего Шумерского царства были найдены глиняные таблички, подтверждавшие, что в аренду сдавались орудия сельскохозяйственного труда, земли, водные источники, домашние животные и т.д. В ту эпоху существовали

296

храмовые священники-арендодатели, которые заключали договоры аренды с местными крестьянами.'

Аристотель в своем известном труде «Риторика», написанном около 350 г. до н.э., заметил: «Богатство составляет не владение имуществом на основе права собственности, а его использование». Это как нельзя лучше подтверждает основной смысл лизинга: для получения прибыли совсем не обязательно иметь оборудование или иные ценности в собственности, достаточно обладать правом их использования и извлечения доходов. Одним из первых законов о лизинге стал статут Уэльса 1284 г.

В современном экономическом и правовом языке этот термин большей частью применяется к определенного рода отношениям и воспринимается как финансовый лизинг, который прочно вошел в практику всех без исключения государств — развитых, развивающихся, доноров инвестиций и реципиентов инвестиций, располагающих валютными резервами, и стран со слабо развитой экономикой и т.д. В странах с рыночной экономикой лизинговые операции становятся средством технического перевооружения производства. Данный договорный вид в указанной интерпретации является относительно новым не только для российской правовой и экономической жизни, но и для мировой практики вообще.

Введение термина «лизинг» в экономический и правовой оборот связывают с операциями телефонной компании «Белл», руководство которой в 1877 г. приняло решение не продавать свои телефонные аппараты, а сдавать их в аренду. Однако первое общество, деятельность которого стала специализироваться в области лизинга, было организовано лишь в 1952 г. в США (Сан-Франциско). Им стала «Юнайтед Стейтс Лизинг Корпорейшн». Во Франции первая лизинговая компания появилась в 1957 г. Она была создана по инициативе Банка Индокитая (Banque de I'lndochine) и занималась лизингом промышленного оборудования (SEPAFITEC). В 1965 г. в этой стране уже действовало около 30 лизинговых компаний. В чем же состоит суть лизинговых отношений? Например, лицо хочет использовать в своей производственной или профессиональной деятельности какое-либо движимое имущество (оборудование, технику, автотранспорт и т.д.), но не располагает необходимыми средствами на его приобретение. Тогда оно обращается в лизинговую фирму (или к другому лицу). Последняя покупает у

производителей или поставщиков нужное оборудование и передает его на определенный срок обратившемуся лицу в аренду, обещая при этом продать ему оборудование по истечении так называемого безотзывного периода или соглашаясь на следующий после арендного срока выкуп предмета лизинга. Контракт, имеющий объектом лизинг, таким образом, состоит из трех частей: поставки (купли-продажи предмета лизинга, одобренного лизингополучателем, между лизингодателем и поставщиком, долгосрочной аренды между лизингодателем и лизингополучателем и выкупа последним у лизингодателя либо возврата ему соответствующего имущества).

На момент подписания рядом государств Оттавской конвенции о международном финансовом лизинге 28 мая 1988 г! он был урегулирован в национально-правовом плане в очень незначительном количестве стран. Специальное законодательство о лизинговых отношениях отсутствует даже во многих развитых государствах. К таковым относится, например, ФРГ. Лизинг как особая разновидность оформления гражданско-правовых отношений не был известен и отечественному праву. Кроме того, не во всех правовых системах ему давалась одинаковая квалификация. Ученые-правоведы называют этот вид сделок «гибридным механизмом, обычно именуемым лизинг».2 Попытки вместить лизинг в привычные рамки существующих правовых форм неизменно оканчивались неудачей, поскольку национальные правопорядки стремились сохранить внутреннюю логику собственных правовых систем. Так, в англо-саксонских странах использовалась конструкция имущественного найма с хранением, а в странах «цивильного» права — «продажи товаров под условием (обещание продать)». В частности, эта идея была проведена в законе от 3 июля В66 г. «О предприятиях, практикующих кредит-аренду»3 во Франции, од-

298

нако французский Кассационный суд вынужден был отклонить такую квалификацию лизинговой сделки как не соответствующую условной продаже. В современной действительности французская практика исходит из представлений о лизинге как о среднесрочной и долгосрочной кредитной операции, позволяющей лизинговой фирме по заказу получателя купить у поставщика имущество, получателю имущества использовать его в течение длительного времени на условиях аренды и купить его у лизинговой фирмы после истечения срока аренды на основе предшествующего обещания последней получателю имущества продать его (купли — продажи — аренды — обещания продать).

Сходное с французским регулирование имеет Бельгия. Ее королевский ордонанс «О предприятиях, практикующих финансовую аренду» от 10 ноября 1967 г., как явствует из самого названия акта, оперирует близкими категориями, хотя и нельзя не заметить несколько большую точность используемых им формулировок, что проявляется и в самих понятиях («финансовая аренда», «лизинг»). Кроме того, в бельгийском акте содержатся указания на необходимое соотношение между сроком аренды и сроком эксплуатации оборудования, амортизации, приобретение предмета лизинга в соответствии с инструкциями будущего арендатора и т.д.

Договор лизинга, по мнению французских специалистов, отличается от других (близких, сходных или примыкающих) видов: от продажи в кредит — лизингополучатель не обязательно становится собственником имущества по окончании срока аренды; от договора займа — лизингополучатель не возвращает долг, а выплачивает арендную плату, которая составляет лишь часть стоимости имущества, и возвращает вещь в конце срока; от одностороннего обещания продажи — поскольку есть еще и аренда; от аренды — поскольку в сделке всегда присутствует еще и одностороннее обещание продать имущество; от договора аренды с последующим выкупом, поскольку есть еще и третья сторона — поставщик предмета лизинга.1

В южно-африканском Законе о кредитных договорах 1980 г. в ст. 1 (х) говорится: «Лизинговая операция означает сделку, по условиям которой лизингодатель передает в аренду лизингополучателю товары против уплаты лизингополучателем лизингодателю обусловленной суммы денег в указанный или установленный на

будущее срок, будь то целиком или частями, в течение определенного периода времени в будущем, но не предполагает сделку, по которой в момент ее заключения стороны согласились, что должник или любое иное лицо от его имени вправе на любой стадии аренды или в любое время после ее истечения или прекращения стать собственником этих товаров или сохранить права владения, пользования и распоряжения в отношении данных товаров после истечения или прекращения аренды».

В ФРГ в течение долгого времени (вплоть до 70-х гг.) не существовало специального законодательства по лизингу. Проводимые операции осуществлялись, как правило, на основе договоров аренды с полной выплатой стоимости имущества (Vollamortisationver-trag, full-pay-out leasing) и квалифицировались по аналогии с условной куплей-продажей: договор имел основной нерасторгаемый период действия, в течение которого происходила полная амортизация оборудования, и мог предусматривать либо вообще отсутствие дополнительной платы, либо символическую плату за опцион по покупке оборудования.

Примечательно изменение правовых концепций в отношении лизинга в Северной Америке (США). В то время когда УНИДРУА только приступал к работе над конвенцией (1975—1977 гг.), его трактовка в США сводилась либо к конструкции найма имущества с хранением, либо продажи под условием. Но уже текст Единообразного закона США о лизинге движимого имущества от 9ав-густа 1985 г., впоследствии преобразованного в статью 2А («Лизинг») Единообразного торгового кодекса, стал очевидным подтверждением того, что произошла смена подходов.

В целом правовое регулирование ряда европейских стран континентальной Европы (Бельгии, Франции, Германии и Италии) сближается за счет отношения их законодателя к такому элементу лизинга, как опцион на покупку имущества, составляющего предмет лизинга, который является здесь обязательным, в то время как, скажем, в Соединенных Штатах Америки это не образует конституирующий критерий. Вместе с тем в Италии регламентация рассматриваемых отношений содержит весьма интересную особенность. В частности, итальянский Закон о договорах финансовой аренды предусматривает, что если предметом аренды является промышленное оборудование или приспособления, которые составляют часть недвижимого имущества, то такое оборудование или приспособления для всех целей подчиняются режиму, установленному для движимых вещей. Вследствие этого арендода-

300

тель вправе отделить его от недвижимого имущества, частью которого оно может стать в результате эксплуатации в период аренды. Указанной нормы нет ни во французском, ни в бельгийском праве. Между тем значение этих положений на практике трудно переоценить. Их эффект имеет место в случае банкротства арендатора, который, взяв в аренду оборудование, может присоединить его к недвижимому имуществу. Нормы же итальянского закона препятствуют превращению оборудования или иного арендованного имущества в недвижимость; оно подлежит возвращению собственнику — лизингодателю.

Проведенный фрагментарный обзор действующего материального права, касающегося лизинговых отношений, ряда государств Европы и Америки, а также иллюстрация расхождений не только в области регулирования, но и толкования и квалификации договоров финансового (в том числе международного) лизинга, со всей закономерностью поставили перед отдельными странами и международным сообществом в целом задачу приведения национальных правовых норм к соответствующему единообразию в таких масштабах, в каких это диктуется насущными потребностями осуществления сотрудничества в рассматриваемой сфере.

Основы правового регулирования международного финансового лизинга. Международный финансовый лизинг развивался преимущественно благодаря экономическому и финансовому взаимодействию между собой материнских и дочерних предприятий и филиалов, находящихся в других государствах, различных крупнейших многонациональных компаний. Основу правового регулирования лизинга, в том числе финансового, во многих странах составляет Конвенция о международном финансовом лизинге от 28 мая 1988г.

Решение главных органов Международного института унификации частного права (УНИДРУА) о предоставлении лизингу приоритетного направления в развитии унификации привело к созданию рабочей группы для целей изучения международной унификации применимых к этим отношениям норм и подготовке секретариатом Института предварительного доклада, иллюстрирующего механизмы разных видов лизинга и правовые проблемы, порожденные особым родом операций, обычно именуемых финансовым лизингом. Этот доклад был рассмотрен рабочей группой, собравшейся на заседание в Риме в апреле 1975 г., которая рекомендовала обратить внимание в большей степени на международные, нежели внутренние лизинговые сделки. В этих целях доклад был распространен среди экспертов и практиков различных стран, работающих в области лизинга, а также по государствам мира разослан вопросник, ответы на

который должны были быть положены в основу анализа, представленного 55-й сессии УНИДРУА в 1976 г. Проведенный опрос подтвердил необходимость и желательность разработки единообразных международно-правовых норм, регулирующих лизинговые контракты, с учетом трудностей, создаваемых отсутствием регулирования, специально рассчитанного не только на применение, но и на стимулирование международного лизинга. В мае 1977 г. на 56-й сессии Совет УНИДРУА одобрил образование аналитической группы, которой была поручена разработка проекта унифицированных норм, относящихся к договору лизинга. В последующем состоялся ряд симпозиумов в разных уголках мира для обсуждения проекта статей конвенции, а затем заседания межправительственного комитета экспертов, созданного целях разработки сперва предварительного проекта, а в последующем — учета поступающих комментариев и замечаний от стран и специалистов.

Пересмотренный в последний раз, текст проекта конвенции был представлен третьей сессии Комитета правительственных экспертов, проведенной в Риме в 1987 г., где собрались представители 33 государств—членов УНИДРУА, а также четырех стран-нечленов ((Алжира, Бразилии, Перу и Филиппин). На сессии возник вопрос, имевший большую практическую значимость, который Комитет решил передать на рассмотрение рабочей группы технических экспертов, а именно: по какому правопорядку должно определяться право, применимое, в случаях надобности, к публичному извещению, — праву лизингодателя морского или воздушного судна, транспортного средства или другого оборудования, подлежащего регистрации, на основании закона государства регистрации в соответствии с конвенцией применительно к реальным правам на переданное в аренду имущество, или закона доверительного собственника, официального управляющего лизингополучателя, признанного банкротом, и в целом собрания его кредиторов, не имеющих обеспеченных требований. Мнение Комитета экспертов в отношении данного специального вопроса склонилось в пользу закона государства регистрации. Дипломатическая конференция по принятию этой Конвенций проводилась в Оттаве (Канада) с 9 по 28 мая 1988 г. Предвари-

302

тельно ее проект был одобрен на третьей сессии межправительственного Комитета экспертов УНИДРУА, на которой присутствовали представители 59 государств, в том числе и Советского Союза. Конвенция вступила в силу с 1 мая 1995 г. для Франции, Нигерии и Италии. Однако Советский Союз не подписал ее и в последующем не присоединился к ней. Присоединение же Российской Федерации к Конвенции произошло много позже, в 1998г., в качестве самостоятельного субъекта международного права.

Конвенционные нормы носят диспозитивный характер, т.е. их применение может быть отменено сторонами (поставщиком, лизингодателем, лизингополучателем), за исключением тех положений, которые носят императивный характер в силу постановлений самой Конвенции (п. 3 ст. 8, абз. (б) п. 3, п. 4 ст. 13). Оттав-ская конвенция применяется в случае, когда арендодатель и арендатор имеют основное место деятельности в разных государствах, и при этом: а) эти государства, а также страна, в которой находится коммерческое предприятие поставщика, являются договаривающимися государствами; б) контракт на поставку и контракт лизинга регулируются законодательством договаривающегося государства (ст. 3). Важное условие для определения, подпадает ли в конкретном случае договор под действие Конвенции, содержится в п. 2 ст. 3, который устанавливает, что в случае, когда та или иная сторона имеет несколько предприятий, осуществляющих соответствующую деятельность в разных странах, ссылка на коммерческое предприятие, содержащаяся в Конвенции, означает то место осуществления основной деятельности, которое в наибольшей степени связано с контрактом и его исполнением с учетом известных сторонам обстоятельств или подразумеваемых ими в любой момент до заключения или при совершении контракта.

Положения Конвенции не прекращают своего действия ввиду того лишь основания, что оборудование стало неотъемлемой принадлежностью или включено в земельную собственность. Любой вопрос, касающийся факта, стало или нет оборудование принадлежностью либо инкорпорированной частью земельного участка, а также юридических последствий права лизингодателя и лица, имеющего вещное право недвижимой собственности на земельный участок, решается по праву того государства, на территории которого находится этот земельный участок (ст.4).

Большое место в конвенционном регулировании прав и обязанностей лизингодателя и лизингополучателя занимает решение

соответствующих вопросов в случаях несостоятельности или банкротства одной из сторон (ст. 7 Оттавской конвенции, подробнее об этом см. в гл. 31). За исключением случаев, когда иное предусмотрено в Конвенции или договором лизинга, лизингодатель не несет ответственности перед лизингополучателем в отношении оборудования, кроме как в пределах, обусловленных тем, что лизингополучатель потерпел ущерб в результате своего обращения к опыту и компетентности лизингодателя, а также участия последнего в выборе оборудования, его характеристик и самого поставщика (п. 1 (а) ст. 8). Однако указанные правила не применяются, если лизингодатель выступает в другом качестве, например собственника имущества.

В данном случае необходимо, во-первых, различать договорную и внедоговорную ответственность лизингодателя, а во-вторых, отметить традиционный для международной практики характер решения Конвенцией вопроса о ее соотношении с другими международно-правовыми договорами, а именно отсутствие превалирования над каким-либо уже заключенным или заключаемым соглашением (ст. 17), в силу чего существует возможность применения к режиму ответственности лизингодателя и других международно-правовых или иных документов. Так, будучи собственником, скажем, океанского лайнера, сдаваемого внаем, лизингодатель будет нести ответственность по Брюссельской конвенции 1969 г. и по гражданской ответственности за ущерб, причиненный загрязнением окружающей среды нефтью с судов. В других случаях на него могут распространяться положения Директивы ЕЭС 1985 г. о сближении законодательства, подзаконных и административных актов стран Сообщества, касающихся ответственности за причинение вреда товаром. Обязательства поставщика, вытекающие из контракта поставки, могут являться предметом требования со стороны лизингодателя, как если бы он был стороной данного соглашения и оборудование напрямую поставлялось лизингополучателю. Однако ничто в настоящей статье, говорится в Конвенции, не дает права лизингополучателю расторгнуть или объявить недействительным контракт поставки без согласия лизингодателя (ст. 10).

В случае неисполнения обязательств со стороны лизингополучателя лизингодатель имеет право взыскать причитающуюся ему неполученную арендную плату со штрафными процентами, а также понесенные убытки (п. 1 ст. 13). Данные положения Конвенции можно в какой-то мере рассматривать в качестве попытки учредить конвенционный институт неустойки, который не может быть

304

урезан местным законом. В то же время это не должно пониматься как намерение ограничить волю сторон по установлению заранее исчисленных убытков (liquidated damages — института, широко распространенного в странах «общего права») исходя из своего усмотрения в контракте. Данные единообразные материально-правовые нормы стремятся установить режим ответственности лизингополучателя и меру требований лизингодателя в случаях нарушения первым своих обязательств по лизингу.

Согласно Конвенции права лизингодателя в случае нарушения лизингополучателем обязательств по договору разделяются на две категории: неисполнение (нарушение обязательств) и «существенное нарушение». В то же время следует указать, что в ней не содержится уточнения по поводу того, что подразумевается под «существенным нарушением».

Так, в силу п. 2 ст. 13 при существенном нарушении лизинго-получаетелем своих обязательств он на основании п. 5 той же статьи вправе получить ускоренную выплату сумм будущих арендных платежей, если контракт лизинга это предусматривает, либо потребовать расторжения договора и после этого: а) получить обратно оборудование; б) взыскать такие убытки, которые обеспечивали бы ему соответствующее положение, в котором он находился, если бы лизингополучатель исполнил договор лизинга согласно его условиям и не допустил нарушения своих обязательств. Вместе с тем, если арендодатель осуществил расторжение контракта лизинга, то он не вправе требовать ускоренной выплаты будущих арендных сумм, хотя величина таких платежей будет приниматься во внимание при исчислении убытков, предусматриваемых вышеупомянутыми положениями п. 2 и 3 ст. 13. Нормы международного договора, весьма широко практикуемые в современном мире, предписывают обязательность уведомления лизингодателем лизингополучателя об ускоренном взыскании рентных платежей или расторжении контракта и предоставлении последнему разумного периода времени на устранение нарушения при условии, что оно подлежит исправлению (п. 5 ст. 13).

Сегодня достаточно характерным для правовой регламентации лизинговых отношений является то обстоятельство, что многие государства, не участвующие в Конвенции, принимают национально-правовые акты, в концептуальном плане в значительной степени использующие модели, основывающиеся на конвенционном регулировании. Подобный результат принято именовать «косвенной» унификацией, т.е. появлением в национальном пра-

ве различных стран единообразных норм не вследствие принятия ими на себя международно-правовых обязательств, а в порядке добровольного усвоения образцов поведения, содержащихся в международном договоре. В итоге рассматриваемые отношения получают единообразное правовое решение с помощью средств национального права, которое достаточно сближено и гармонизировано по отношению друг к другу.

Посредством указанных инструментов — национально-правовых норм, воспринявших воздействие международно-правовых механизмов правотворчества, — лизинговые операции получили необходимую правовую регламентацию и в странах СНГ. Одним из первых специальных актов о лизинге стал закон Азербайджана «О лизинге». В других странах используются акты различного иерархического уровня: отдельные постановления в источниках, касающихся других вопросов, или подзаконные акты (в Беларуси, Казахстане, Кыргызстане, Узбекистане, Украине). Общие понятия в отношении лизинга установлены в Гражданском кодексе Узбекистана и России; специальные законы имеются в Азербайджане и России, положения, утверждаемые правительствами, действуют в Кыргызстане, Казахстане и Беларуси; готовится специальный закон о лизинге и в Украине.

Дефиниция лизинга как экономического отношения и договора финансового лизинга как опосредствующей его юридической формы имеет первостепенное значение. В частности, по российскому праву финансовый лизинг — это вид инвестиционной деятельности по приобретению имущества и передаче его на основании договора лизинга физическим или юридическим лицам за определенную плату, на определенный срок и на определенных условиях, обусловленных договором, с правом выкупа имущества лизингополучателем. Лизинговая сделка — совокупность договоров, необходимых для реализации договора лизинга между лизингодателем, лизингополучателем и продавцом (поставщиком) предмета лизинга (ст. 2 федерального закона Российской Федерации «О лизинге» от 29 октября 1998 г., см. также ст. 665 ГК РФ). Согласно закону Азербайджана лизинг — это «вид услуг, осуществляемый с целью сдачи в среднесрочную аренду потребителю имущества, закупленного по его заказу». В правовом регулировании Беларуси, Азербайджана, Кыргызстана и Узбекистана, содержащем определения лизинга, непосредственно указывается на важнейшую его составляющую, а именно на то, что лизингодатель по поручению лизингополучателя приобретает необходимое

306

имущество в собственность. Это означает, что для договора лизинга характерно отсутствие права собственности лизингодателя на объект до начала лизинговой операции. И лишь на момент заключения контракта между лизингополучателем и лизингодателем последний получает соответствующую информацию от контрагента и приступает к выполнению его поручения по приобретению оборудования или иного имущества для последующей сдачи его в аренду лизингополучателю.

Французская доктрина, разделяющая концепцию сочетания нескольких договоров в лизинге, подчеркивает неотделимость их друг от друга. На этом основании судебная практика делает ряд выводов. Так, в отношении скрытых дефектов лизингополучатель может действовать в соответствии с законом, устанавливающим ответственность за дефекты при аренде (ст. 1721 Кодекса Наполеона), а лизинговая компания может предъявить претензии к поставщику согласно нормам, регулирующим ответственность за дефекты при продаже (ст. 1641 ФГК). Логическим шагом в данном направлении было и решение в 1990 г. Кассационного суда Франции о том, что расторжение договора купли-продажи (поставки) в отношении предмета лизинга обязательно влечет за собой аннулирование договора о лизинге (аренде) при условии, что все последствия такого прекращения будут урегулированы.

Если говорить об отражении подобной «неделимости» при осуществлении лизинговых отношений и реальном механизме заключения лизинговых контрактов, то очень часто лизинговые компании Франции выдают лизингополучателю доверенность на обсуждение с поставщиком характеристик оборудования и его цены, а затем, будучи принципалом, востребуют предмет лизинга у поставщика и передают в аренду получателю.

Законодательство стран — участниц СНГ в области лизинговых отношений характеризуется достаточно большим количеством совпадающих подходов к регулированию, хотя в ряде случаев имеются отличия.

Так, разные правовые системы рассматриваемой группы государств кладут в основу определения лизинга различные признаки: одни (Беларусь, Азербайджан, Кыргызстан) выводят лизинг из главной характеристики приобретения лицом по заказу другого субъекта права для последующей передачи в аренду определенных объектов, другие (Украина) делают акцент на передаче предмета лизинга в пользование, третьи (Азербайджан, Украина, Кыргызстан) в значи-

тельной мере связывают существо отношений с их долговременным характером (понимаемым как среднесрочная и долгосрочная аренда) и т. д. Казахстан, положив в основу собственного регулирования определение лизинга, содержавшееся во Временном положении о лизинге, утвержденном Постановлением Правительства РФ № 633 1994 г., тем самым воспроизвел существовавшие в упомянутом акте составляющие: предпринимательско-инвестиционный характер, приобретение лизингодателем в собственность предмета лизинга по заказу лизингополучателя и сдачу его во временное пользование опять-таки в предпринимательских целях.

Право стран Содружества в затронутом вопросе не расходится принципиально, хотя и не совпадает во всех деталях, что создает вполне приемлемую их готовность к дальнейшему сближению и гармонизации. С учетом же того обстоятельства, что в некоторых государствах Содружества национальные правопо-ложения о лизинге отсутствуют вообще, создание соответствующих материальных норм на международном уровне становится объективно необходимым в целях последующего поступательного и всестороннего развития хозяйственного и инвестиционного взаимодействия участвующих в интеграции в рамках СНГ государств.

Средством активизации указанных процессов стало, в частности, предложение о разработке унификационного акта стран Содружества — Конвенции о межгосударственном лизинге, подписанной 25 ноября 1998 г. в Москве (см. выше). Конвенция, как указано в ее преамбуле, разработана в соответствии с Договором о создании Экономического союза, а также Конвенцией УНИДРУА о международном финансовом лизинге. Несмотря на использование в ее наименовании понятия «межгосударственный лизинг», речь идет о положениях, предназначенных унифицировать национально-правовые нормы стран-участниц, посвященные регулированию соответствующих отношений частно-правового характера, т.е. субъектов внутригосударственного права, а не самих государств, входящих в Содружество, о чем можно было бы сделать вывод исходя из буквального прочтения названия документа.

Межгосударственным лизингом в Конвенции именуется «составная часть международного лизинга, в котором участвуют лизинговые компании и хозяйствующие субъекты двух и более государств—участников настоящей Конвенции», «международный лизинг» — лизинговая деятельность, в которой участвуют лизинговые

308

компании и хозяйствующие субъекты любых двух и более иностранных государств» (ст. I).1

С усилением конкуренции и развития лизинговых операций, созданием первичного, а затем и вторичных рынков лизинга лизинговый цикл выходит на следующий этап — оперативной аренды. Расширяется круг объектов, могущих быть переданными в лизинг, предоставляемые лизингодателям налоговые и иные льготы обеспечивают снижение размеров лизинговых платежей, что создает возможности для углубления и распространения сферы лизинговых отношений, появления новых видов аренды. В нынешних условиях исследователи, занимаясь проблемами лизинга, уже задумываются над его будущим.

В частности, нигерийский автор Судир Амембал, рассматривая состояние законодательства и практики в Нигерии, Великобритании, США и России в области лизинга, указывает на перспективы перерастания классического лизинга в его более «гибкие» и разнообразные формы, появление и развитие таких новых видов услуг, сопутствующих лизинговым операциям, как обеспечительные средства исполнения обязательств при осуществлении лизинга, финансовая аренда предприятий («венчурная аренда»), финансирование проектов и т.д.2

Регулирование финансового лизинга в Российской Федерации.Воплощенные в Конвенции УНИДРУА о международном финансовом лизинге идеи и конкретные предписания послужили несомненным практическим источником при разработке в РФ собственного национального законодательства по этому вопросу. Принятое в Российской Федерации постановление Правительства РФ от 29 июня 1995 г. № 633 «О развитии лизинга в инвестиционной деятельности», изданное на основе Указа Президента РФ от 17 сен-

1 Строго говоря, в данном случае, как представляется, в Конвенции не выдерживается разработанное наукой права (международного права) и освоенное практикой разграничение между терминами «межгосударственный» и «международный», международными отношениями властно-правовой природы и частноправовыми, что приводит к путанице и смешению понятий. Между тем, как следует из вышеприведенных дефиниций, и в том и в другом случаях имеются в виду гражданско-правовые отношения по лизингу международного характера, только в первом варианте говорится об отношениях с участием субъектов из стран Содружества, участвующих в международном договоре, а во втором — любых иных государств.

тября 1994 г. № 1929' и утвердившее Временное положение о лизинге, а также разработанный совместно министерствами экономики и финансов Российской Федерации «Примерный договор о финансовом лизинге движимого имущества с полной амортизацией» и др., исходили и исходят из идей и конструкций Оттавс-кой конвенции 1988 г. Положения соответствующих разделов Гражданского кодекса РФ в части, касающейся финансовой аренды (лизинга) (ст. 665—670), также базируются на содержании конвенционного регулирования. То же относится и к основному ныне источнику отечественного права в сфере лизинга — федеральному закону РФ «О лизинге», подписанному Президентом РФ 29ок-тября 1998 г. и опубликованному 5 ноября 1998 г.

Перечисленные акты со всей убедительностью свидетельствуют о весьма серьезном отношении к лизингу в настоящее время и активной работе по созданию и совершенствованию средств его правового регулирования. Необходимо отметить попытки законодателя использовать все доступные в правовом плане рычаги его развития. Поэтому наряду с разработкой материально-правовых норм, касающихся непосредственно гражданско-правовых аспектов отношений сторон по договору лизинга, принимаются акты, направленные на стимулирование внедрения таких отношений в хозяйственный оборот, особенно международный, с участием российских субъектов права. В результате на основании ст. 72 Таможенного кодекса РФ, постановления Правительства от 29 июня 1995 г. № 633 и правоприменительных актов в области таможенного регулирования (см.: письмо ГТК РФ № 01-13/10286 от 20 июля 1995 г.) товары, являвшиеся объектом международного финансового лизинга, временно ввозимые на таможенную территорию РФ, подлежали частичному освобождению от уплаты таможенных пошлин и налогов. Кроме того, стало практиковаться предоставление государственных гарантий на осуществление лизинговых операций за счет средств бюджета, целью которых является, как указывается в Порядке предоставления государственных гарантий на осуществление лизинговых операций, «стимулирование более ши рокого привлечения частных инвестиций в сферу финансового лизинга как одной из форм инвестиционной деятельности»?

310

Упомянутое обстоятельство заслуживает того, чтобы быть выделенным особо. Экономический смысл лизинга вообще заключается во вложении (свободного) капитала в основные фонды лизингополучателей с взиманием за это платы. Однако инвестиционная его сторона становится еще более важной для Российской Федерации и других стран СНГ, она рассматривается как исключительный фактор, способствующий привлечению иностранных инвестиций в экономику. Предоставление на этой основе льгот и иные средства поощрения иностранных лизингодателей дают, как показывает практика, незамедлительный эффект!

По сути не отмененное до сих пор Временное положение о лизинге рассчитано как на отношения «внутреннего» характера, так и на международный лизинг. Оно, в частности, содержит следующее положение: «Лизинг может быть как внутренним, когда все субъекты лизинга являются резидентами Российской Федерации, так и международным, когда один или несколько субъектов лизинга являются нерезидентами в соответствии с законодательством Российской Федерации» (п.6). Аналогично этому решен вопрос и в законе «О лизинге», который так же, как и предыдущие акты, предназначен для регулирования широкого спектра отношений по внутреннему и международному лизингу (ст. 7 Закона).

8 февраля 1998 г. в РФ был принят Федеральный закон о присоединении Российской Федерации к Конвенции УНИДРУА о международном финансовом лизинге от 28 мая 1988 г. с оговоркой следующего содержания: «Российская Федерация в соответствии со статьей 20 Конвенции заявляет, что вместо положений пункта 3 статьи 8 Конвенции она будет применять нормы своего гражданского законодательства». В силу данной оговорки РФ в случаях решения судом вопросов ответственности арендодателя за

имущество и его освобождения от ответственности необходимо руководствоваться соответствующими нормами гражданского права, действующего в данной области, и нормами гражданско-правового договора, не противоречащими императивным положениям российского права.

Следует обратить внимание на критерий, сформулированный в Конвенции, который определяет, при каких условиях договор (контракт) финансовой аренды (финансового лизинга) становится международным. Как и во многих других современных унифицирующих международно-правовых актах рассматриваемая конвенция кладет в основу признак основного места деятельности партнеров, находящихся в разных государствах (place of business: «the lessor and the lessee have their places of business in different States» (ст. З). Российские акты, как было показано выше, используют категорию «нерезидентства»: «При осуществлении внутреннего лизинга лизингодатель, лизингополучатель и продавец (поставщик) являются резидентами Российской Федерации... При осуществлении международного лизинга лизингодатель или лизингополучатель является нерезидентом Российской Федерации». Помимо этого, российское право для целей квалификации международного лизинга оперирует и еще одним признаком: «Если лизингодателем является резидент Российской Федерации, то есть предмет лизинга находится в собственности резидента Российской Федерации, договор международного лизинга регулируется настоящим Федеральным законом и законодательством Российской Федерации. Если лизингодателем является нерезидент Российской Федерации, то есть предмет лизинга находится в собственности нерезидента Российской Федерации, договор международного лизинга регулируется федеральными законами в области внешнеэкономической деятельности» (ст. 7 закона РФ «О лизинге»). Последние из приведенных положений следует понимать в том смысле, что после того как Оттавская конвенция вступит в силу для России, регулирование международных операций по лизингу будет подчиняться нормам отечественного законодательства в совокупности с международно-правовыми предписаниями, если лизингодателем выступает нерезидент, с учетом определенных правил о соотношении юридической силы национально-правовых и международных норм. С другой стороны, изложенное достаточно очевидно свидетельствует о том, что отечественное право только в известной степени рецепирует международно-правовое регулирование.

312

Обращает на себя внимание и еще одна особенность действующего российского права — закрепленное ныне в Законе России о лизинге разграничение правового регулирования международного лизинга в зависимости от того, кто является носителем права собственности на предмет лизинговых отношений. Думается, это не вполне целесообразно, ибо в результате получается, что есть «внутренний международный лизинг», подчиняющийся нормам права РФ, исключающего международные соглашения, и «внешнеэкономический международный лизинг», который регулируется нормами, касающимися внешнеэкономических отношений, следовательно, включает нормы международных договоров (От-тавской конвенции, в частности). Если же посредством упомянутых предписаний законодатель применительно к случаям, когда лизингодателем (собственником предмета лизинга) в гражданско-правовых отношениях международного характера выступает резидент РФ, имел в виду формулирование односторонней коллизионной нормы, обеспечивающей прикрепление регулирования к правопорядку РФ, то исключение из круга источников международно-правовых договоров тем более неоправданно. В то же время положения ст. 10 Закона недвусмысленным образом указывают на следующее: права и обязанности сторон по договору международного лизинга регулируются в соответствии с федеральным законом «О присоединении Российской Федерации к Конвенции УНИДРУА о международном финансовом лизинге», нормами национального законодательства в части, не противоречащей отнесенным к предмету регулирования нормам международного права; применимое право устанавливается по соглашению сторон международного договора лизинга в соответствии с Конвенцией 1988г.

Российский закон «О лизинге» интересен еще одной своей особенностью применительно к характеристике финансового лизинга. Она состоит в квалификации такого признака, как последующий переход права собственности на арендуемый объект к лизингополучателю. Статья 2 отечественного закона, давая дефиницию лизинга, оперирует этим элементом как будто бы неотъемлемой и обязательной частью его юридического содержания. С другой стороны, п. 6 ст. 17 Закона1 со всей убедительностью свидетель-

ствует о том, что выкуп оборудования лизингополучателем и переход на него права собственности вследствие этого не может рассматриваться в качестве обязательной характеристики договора лизинга. Указанное полностью укладывается и в рамки конвенционных подходов. Так, в п. 3 ст. 1 Оттавской конвенции устанавливается: «Настоящая Конвенция применяется независимо от того, имеет лизингополучатель в настоящее время или приобретает впоследствии возможность выкупить оборудование...». Таким образом, как по международному соглашению, так и по российскому закону выкуп предмета лизинга по окончании срока аренды является факультативной характеристикой его юридического содержаний, несмотря на то, что подобное может часто встречаться на практике. В связи с этим необходимо заметить, что законодательство других стран решает данный вопрос иначе. Например, украинский законодатель выставляет этот момент в качестве необходимого условия любой сделки финансового лизинга.

В качестве отдельной категории в российском праве рассматривается «международный сублизинг» (ст. 8 закона «О лизинге»). Действующими нормами устанавливается, что международный сублизинг является разновидностью международного лизинга, регулируемого законом «О лизинге». Легально определяется и основная отличительная черта международного сублизинга — перемещение предмета лизинга через таможенную границу Российской Федерации только на срок действия договора сублизинга.

Таким образом, исходя из действующего в России правового регулирования, если иностранное юридическое лицо заключает договор лизинга с российским акционерным обществом о передаче в долгосрочную аренду третьему лицу — российскому индивидуаль-

314

ному предпринимателю — закупленных у чешского дистрибьютора, имеющего представительство в РФ, грузовиков «Татра» со склада в Москве (или любого оборудования, приобретаемого у российского производителя), такая совокупность отношений не является договором международного сублизинга, поскольку в данном случае не имеет места основной, как это вытекает из положений российского закона, критерий международного сублизинга: перемещение товара — предмета лизинга и сублизинга — через таможенную границу РФ (см. об этом также в гл. 22).

Российский закон 1998 г. шире по сфере действия, нежели От-тавская конвенция. Последняя, как было отмечено, посвящена международному финансовому лизингу, объектом же регулирования в отечественном акте являются три вида лизинга: финансовый, возвратный и оперативный (п.З ст.7).

www.adhdportal.com

§ 10. Договор международного финансового лизинга

1. В современной экономике широкое распространение получили договоры лизинга. Слово «лизинг» происходит от английского «leasing», что означает аренда. Это сделка, включающая следующие характеристики:

а) арендатор определяет оборудование и выбирает поставщика, не полагаясь на опыт и суждения арендодателя;

б) оборудование приобретается арендодателем в связи с договором лизинга, который, и поставщик осведомлен об этом, заключен или должен быть заключен между арендодателем и арендатором;

в) периодические платежи, подлежащие выплате по договору лизинга, рассчитываются с учетом амортизации стоимости оборудования.

Чаще всего в качестве лизингодателя выступают специализированные лизинговые компании, для которых предоставление техники или оборудования в лизинг является формой бизнеса. Могут выступать в качестве лизингодателя коммерческие банки, страховые компании, инвестиционные фонды. Лизинг, особенно международный, следует рассматривать как инвестиционную деятельность или долгосрочное кредитование. Он не требует поручительства, гарантий, залога, поскольку в случае невыполнения арендатором обязательств, лизингодатель изымает объект лизинга. Еще одно преимущество лизинга в том, что расчеты с арендодателем можно производить, используя доходы от эксплуатации объектов лизинга.

2. Главным нормативным актом, регулирующим международный лизинг, является Конвенция о международном финансовом лизинге, принятая в мае 1988 г. на дипломатической конвенции в Оттаве, в результате чего ее иногда в литературе называют Оттавской конвенцией.

Проект Конвенции был подготовлен Международным институтом унификации международного частного права (УНИДРУА).

Цели принятия Конвенции о лизинге в ее преамбуле сформулированы следующим образом:

  1. устранение определенных правовых препятствий в отношении международного финансового лизинга оборудования;

  2. сделать международный финансовый лизинг более доступным;

  3. адаптация правовых норм, регулирующих традиционный договор аренды, к самостоятельным трехсторонним отношениям, возникающим из сделки финансового лизинга;

  4. необходимость формулирования единообразных норм, относящихся к гражданско-правовым и торгово-правовым аспектам международного финансового лизинга.

Условием применения Конвенции является нахождение коммерческих предприятий арендодателя и арендатора в разных государствах, которые, как и государство поставщика, являются участниками Конвенции. Еще одним случаем применения будет случай, когда договор поставки и договор лизинга регулируется правом одного из государств-участников. Применение Конвенции о лизинге в этом случае будет обусловлено включением ее в правовую систему этого государства.

Применение Конвенции может быть исключено только в случае, если каждая из сторон договора поставки и каждая из сторон договора лизинга дает на это согласие, но если применение не исключено, стороны могут отступать от тех или иных ее положений или вносить изменения в возможные последствия, кроме специально оговоренных положений.

Взаимоотношения участников договора лизинга и договора поставки регулирует глава вторая, где излагаются права и обязанности сторон. Конвенция устанавливает минимальные обязанности для лизингодателя, поскольку он имеет лишь финансовый интерес. Арендодатель освобождается от всякой ответственности перед арендатором в отношении оборудования, за исключением случаев, когда убытки стали следствием его вмешательства в выбор поставщика или спецификации оборудования.

Обязанность арендатора заключается в следующем:

  1. разумном и бережном использовании переданного ему оборудования;

  2. возвращении по истечении срока действия договора лизинга оборудования, если он не воспользовался правом его покупки или продолжения договора лизинга;

  3. внесении периодических платежей за объект лизинга.

Поставщик несет обязанности и в отношении арендатора, но не несет ответственности одновременно перед арендодателем и арендатором за один и тот же ущерб.

При непоставке оборудования, ее просрочке или несоответствии условиям договора арендатор имеет право:

  1. отказаться от оборудования или расторгнуть договор лизинга;

  2. приостановить периодические платежи по договору до тех пор, пока арендодатель не исправит своего ненадлежащего исполнения;

  3. при расторжении договора лизинга он вправе получить обратно любые периодические платежи и другие суммы, выплаченные авансом.

В случае нарушения договора арендатором арендодатель вправе:

  1. потребовать причитающиеся ему невыплаченные периодические платежи с начислением процентов, а также понесенные убытки;

  2. потребовать досрочной выплаты сумм будущих периодических платежей, если это предусмотрено договором лизинга, или может расторгнуть договор лизинга.

При расторжении договора лизинга оборудования арендодатель не вправе требовать досрочной выплаты будущих периодических платежей, но их сумма может быть учтена при исчислении убытков.

Арендодатель вправе передать все принадлежащие ему права на оборудование по договору лизинга или часть этих прав, что не освобождает его от выполнения каких-либо из его обязательств по договору лизинга и не изменяет характер договора лизинга или его правовой режим. Арендатор вправе передать право пользования оборудованием или другими своими правами только с согласия арендодателя на такую передачу и при соблюдении прав третьих лиц.

3. В Республике Беларусь активное использование лизинга в экономических отношениях началось после издания Указа Президента Республики Беларусь «О лизинге» от 13 ноября 1997 г. № 587 с последующими изменениями. Указ предоставил рассрочку по уплате таможенных платежей, а также при таможенном оформлении объектов лизинга на весь срок действия договора, но не более чем на пять лет. Лизингодателям – нерезидентам Республики Беларусь гарантировался беспрепятственный перевод за границу лизинговых платежей в иностранной валюте после уплаты налогов, сборов и других обязательственных платежей.

Указ поручал Совету Министров до 01.01.1998 г. разработать и утвердить положение о лизинге на территории Республики Беларусь, а также мероприятия по развитию лизинга в республике. Соответствующее положение было утверждено постановлением Совета Министров № 1769 от 31 декабря 1997 года. В положении были раскрыты основные понятия, касающиеся лизинга. В зависимости от условий возмещения лизингодателю затрат были выделены финансовый лизинг (при возмещении в течение года не менее 75% стоимости объекта) и оперативный лизинг (возмещение менее 75% в течение года). В зависимости от состава сторон лизинг был подразделен на: международный (если хотя бы одна сторона договора является нерезидентом Республики Беларусь) и внутренний (все стороны – резиденты Республики Беларусь). В целом Положение о лизинге на территории Республики Беларусь основывалось на Конвенции о международном финансовом лизинге 1988 года.

В указанном постановлении содержались и мероприятия по развитию лизинга в Республике Беларусь, среди которых под п. 2 значилось: «Подготовить предложения об оформлении участия Республики Беларусь в Конвенции УНИДРУА о международном финансовом лизинге 1998 г.». Присоединение Республики Беларусь к Конвенции УНИДРУА было оформлено Указом Президента Республики Беларусь от 2 июля 1998 г. № 352.

studfiles.net


Смотрите также